О ТАИНСТВЕ ВЕНЧАНИЯ

Содержание
О Венчании
Несколько слов о любви
Драма любви ложной
Венцы
Счастливые минуты венчания.
Чин Таинства
Советы венчающимся
Церковно-канонические препятствия к браку
Когда не совершается венчание
Суеверия, связанные с венчанием
Последование о второбрачных
Венчаться никогда не поздно

По благословению Святейшего Патриарха Московского и всея Руси

Алексия II

Киев, 2006

Интернет библиотека «Золотой Корабль» 2010

О Венчании

Венцы

Один из них — совсем простой —
Плела ты в дни поры начальной.
Теперь над русою косой
Другой — короною венчальной.

Ещё есть третий для тебя,
Сплетённый из колючих терний.
Ты примешь ли его, любя
Свет бесконечный, невечерний?

Если спросить желающих вступить в брак, а надо ли венчаться, то ныне многие и многие из русских людей ответят: «Надо». Так же, как будет положительный ответ на то, надо ли крестить ребёнка. «Обязательно. А как же будет дитя некрещёным?». Но если надо венчаться, то сразу появляется другой вопрос: «Зачем?». И верный ответ на него и есть самый важный.

Мы живём в такое время, когда люди пребывают в духовной растерянности, и чем больше такая растерянность, тем большее значение во всяком деле придают чисто формальной стороне. Сделал — и сам не знаешь, зачем. «Все так поступают — значит, это правильно, и это следует делать». Соблюдается трафарет. Можно и одежду купить, «как у других», можно и в церковь зайти и немного там постоять, раз ходят другие. Особенно же удобно свечку поставить. Свечка — вроде символа веры, некий её знак. Поставил свечку — и, можно думать, Богу от тебя ничего больше не надо. Так и с венчанием: обвенчались, а дальше всё как обычно, как у не венчанных. А то, что венчание знаменует собой церковный брак, который есть великое Таинство, мыслей нет. Также нет мыслей о том, что после венчания для мирянина наступает некий новый этап духовности и духовной борьбы, потому что брак — сильное и продолжительное испытание любви, которую Господь заповедал всем нам.

## Несколько слов о любви

Но какая любовь заповедана? Неужели та, о которой сейчас можно услышать со всех сторон, везде прочитать? Неужели та, о которой певички поют на эстраде, неужели газетно-журнальная, неужели из дешёвеньких романчиков расплодившихся повсюду «писателей»? Неужели это то, что имеется в виду под бесконечно кричащим отовсюду, бьющим в глаза и уши, с каждой постыдной и наглой рекламы — «любовь, любовь, любовь»? Конечно, нет. Там речь о плотской любви, о животной. Там речь о телесном, о страсти, — только о том, что относится к совместному ложу. Страсть может соединить двух людей, но ненадолго, если в ней нет большего. Когда она сгорит, как костёр, то ничего не останется — будет пустое место.

Взаимное влечение друг к другу должно только вводить в то грандиозное, что есть в любви истинной: в том числе бескорыстной и не имеющей в себе чувственности любви брата к брату или к сестре, матери к сыну, друга к другу, дочери к отцу и т.д., и, наконец, даже и к чужому человеку, и, как учит Христос, не исключает из своего круга и врагов. Он учит: говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного, ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных. Ибо если вы будете любить любящих вас, какая вам награда?.. И если вы приветствуете только братьев ваших, что особенного делаете? Не так же ли поступают и язычники? (Мф. 5: 44-47).

Любовь есть непостижимая тайна, ибо она всё преодолевает, двигает горами, любящий так самоотвержен бывает, что спокойно и осознанно жертвует жизнью для другого. Надо исследовать своё чувство: таково ли оно, как велит Господь? Особенно это относится к молодым, в которых — в первую очередь и преимущественно — возгорается телесный огонь. Об истинной же любви так говорит апостол Павел в своём послании к коринфянам: Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я — медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества, и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, — то я ничто. И если я раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы. Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится... А теперь пребывают сии три: вера, надежда, любовь; но любовь из них больше (1. 13: 1-8; 13).

Особенно важно будущим супругам внимательно это рассмотреть.

Итак, любовь:

долготерпит, все переносит: это значит, что сносит обиды, недомолвки, недопонимание или вовсе непонимание, противоположное мнение, укоры, уколы, слова несправедливые, болезненные, содержащие либо правду, либо ложные нападки и даже оскорбления, — и моментально всё прощает;

милосердствует: снисходит к ошибкам и немощам другого, готова помочь, войти в положение, жалеет в нездоровьи, жалеет и в здоровьи, всегда хочет понять;

не превозносится, не гордится: не думает о себе много, готова склонить голову, обходится без «я, я, я», без этого бесконечного: «Я считаю», «я сказал (а)». Не тщеславится и не полагает себя умнее, отсюда — не презирает и не надмевается;

не ищет своего: то есть не эгоистична, а жертвенна — готова поступиться временем, занятием, желанием, намерением, короче — всем;

не раздражается: что бы ни было во взаимоотношениях, — пребывает в ясном покое, в самоукорении, в сознании личной греховности и несовершенства;

не мыслит зла: не мстит, не отыгрывается, не пикируется словами, не иронизирует, не отвечает ударом на удар, а пребывает только в добре и заботе;

все покрывает, всему верит: это значит, что не питает подозрений, а всё, что звучит со стороны недоброго, отметает как навет;

не бесчинствует: соблюдает достоинство человеческое и заповеди Божии; не выходит из себя, не рвёт, не мечет; имеет тихий голос, мирное настроение, ничего не допускает жестокого и злобного, ничего безобразного — никогда не переходит границ тишины;

любовь никогда не перестает: это значит — никогда.

Всё вместе говорит о том, что любящий считает важным не себя, а другого, и свою жизнь менее важной, чем другая жизнь. Теперь видно, что ничего в такой любви нет от плоти, или, как привычно говорить, от сексуальности. Плоть заботится только о себе — себя удовлетворить, утихомирить, утучнить, напитать, упокоить; ждёт и жаждет наслаждений, не хочет ни от чего отказываться. Плоть стремится к удовольствию, к грубой физической радости, ничего нет в ней небесного, ничего возвышенного, того, к чему зовут Иисус Христос, апостолы, святые отцы.

Церковь же хочет, чтобы возлагаемый ею брачный венец сиял добродетелями. Через неё брак освящается свыше, от Бога. Венчание есть Божие повеление, чтобы брак был не просто сожительством или даже добрым жительством бок о бок, но благословенным делом, явлением, которое пронизано светом.

Святая любовь остаётся любовью при всех обстоятельствах: при достатке или нищете в доме, при не слишком красивой внешности супруга или супруги, при неудачах, бедах, психических или физических недостатках, травмах и заболеваниях, инвалидности, даже при вечной прикованности к постели того, кого любишь. Двое тогда составляют как бы одного человека. Христос напоминает нам: В начале же создания, Бог мужчину и женщину сотворил их (Быт. 1, 27). Посему оставит человек отца своего и мать и прилепится к жене своей, и будут два одною плотью; так что они уже не двое, но одна плоть (Быт. 2, 24). Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает. (Мк. 10: 6-9).

Но как же выполнить все эти христианские требования к браку? Ведь это невозможно! Однако сказал Господь: невозможное человекам возможно Богу (Лк. 18:27).

То есть с помощью Божией всё возможно, нет ничего невозможного.

«Если мы будем жаждать праведной жизни, — говорит священник Димитрий Смирнов, — видя в себе нечистоту, постоянно вступать с ней в борьбу, постоянно противостоять ей во всяких проявлениях, во всё время подвизаться [*] против своей злобы, против раздражения, гнева, зависти и остальных грехов, — то и наша душа будет омываться благодатью Божией. Господь, видя наше желание, будет давать нам благодать, которая нас будет очищать, и постепенно мы начнём преображаться. Это очень долгий, трудный процесс, в котором Господь будет нам помогать.

Росту любви очень способствует терпение — если человек стремится терпеть со смирением, с кротостью, не сердится на Бога за те скорби, что Господь ему посылает. Тогда он постепенно приобретает для своего сердца возможность любить. Любовь складывается из постоянного самоотречения. Вот, допустим, жизнь в браке: у меня свои привычки, свои представления, свои мысли, а я должен для другого всё это откладывать; мне так кажется, а ему (или ей) кажется по-другому, и если я люблю, то моя любовь желает жертвовать для любимого.

Любовь обычно понимают как некое чувство — вот возникло чувство, какое-то волнение, ещё там что-то, томление например... Но это не есть любовь. Любовь всегда целесообразна, действенна, она ищет пользы другому, а чувство — ищет пользы себе. Поэтом чувство — это “любовь наоборот”, то есть самолюбие. “Я без неё жить не могу” — что это такое? Это самолюбие. Я жить не могу, то есть речь идёт обо мне.

Когда человек становится обителью Святой Троицы, когда Господь приходит к нему в сердце, тогда он получает сразу все свойства, которые имеет Бог: и кротость, и смирение, и терпение, и любовь, и всепрощение, и готовность на жертву. Человек становится благородным, он становится как ангел. Ему не жалко ни денег, ни здоровья, ни времени для ближнего, даже для врага своего, потому Что он не различает, кто враг, кто друг: нуждается человек — пожалуйста».

Итак, мы должны иметь надежду на помощь Божию. Если любящие питают эту надежду, — они достойно идут под венец. Если есть у них даже и малое произволение Богу угодить, Он не замедлит придти на помощь. Но без надежды на Него самим не справиться.

Из сказанного понимаем, почему венчание не должно быть для венчающихся ни магией, ни языческим ритуалом, где произносятся некие заклинания. Не потому венчаются люди, что в Церкви так празднично, так торжественно, столько яркой позолоты, столько огней, а потому что хотят чистоты, любви и благородства. А золото, и свет, и праздник — это символы. И что такое врата церковные? Входя в них, венчающиеся как бы входят во врата совместного спасения.

Установление брака относится к первоначальному созданию человека. Видя, что не хорошо быть человеку одному, Бог сотворил емупомощника, соответственно ему (Быт. 2: 18). Сотворил же и Адама, и Еву по образу Своему. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, (и над зверями), и над птицами небесными (Быт. 1: 27-28).

Вот что означает подлинная любовь, находящаяся под благословением Божием: обладание и владычество! Но какое? Как может владычествовать одна любовь, без применения силы? — Власть её такова, что она приводит к добровольному послушанию и подчинению ей. Хорошо известно из христианской истории, что святых людей дикие звери не боялись, жили рядом с ними и даже служили им. К святому Герасиму Иорданскому приходил лев и становился смирным, как котёнок. Любовь усмиряет, угашает гнев, она обладает всепобеждающей силой, устоять перед истинной любовью невозможно. Если свирепого зверя она укрощает, то как не остановит и не утихомирит разбушевавшегося мужа, разошедшуюся жену? Видит человек, что хотят простить его и у него просят прощения — видит даже и без слов (доброе — всегда чувствуется), и весь пыл пропадает.

Вот и владычество, вот и обладание, вот и победа, и мир!

Муж, по учению слова Божия, должен любить свою жену, как Христос любит Церковь, то есть любить неизменно до конца жизни, любить до готовности страдать и умереть за неё, любить и в том случае, если бы жена и не любила его, любить, чтобы своею любовью расположить её к себе. Такая любовь способна перенести все невзгоды, в состоянии загладить и несходство характеров, и разность наружных качеств, и различные недостатки, и проч.

С другой стороны, жене вместе с любовью к мужу должно быть присуще повиновение. Хотя, по учению слова Божия, мужу и дана власть, но на эту власть он должен смотреть не как на преимущество, а как на долг. Первенство вручено Богом мужу не для унижения жены, не для господства над нею, а для разумного, кроткого управления домом. Да и какой у Апостола представляется эта власть? Самой нежной, бескорыстной, благородной. Здесь теснейшее родство, полное духовное единение, самое справедливое уравнение прав. Какое отношение может быть возвышеннее того, в каком находятся Христос и Церковь? Так и в браке двух людей должно быть.

Раньше брак без Церкви был невозможен. Жить вместе «просто так» потому лишь, что «мы ведь друг друга любим», — считалось блудом; таковым оно и было на самом деле. «Гражданский брак» — это новое изобретение. Оно возникло оттого, что в глубине души понималось: надо за какой-то вывеской скрыть блудную связь. Регистрация в ЗАГС'е — ступенькой выше, но как ранее мы уже видели, так и далее мы увидим, в чём отличие церковного благословения от оформления брака в госучреждении.

[*] Т.е. усердствовать, подвигаться вперёд, выступать на подвиг.

## Драма любви ложной

Непременно нужно знать и об ошибке, которую совершает абсолютное большинство. Уже говорилось о чисто физиологической любви, которая и любовью-то не является, а представляет собою похоть, пусть порою и расцвеченную романтическими представлениями, пусть и вызывающую желание писать любимым стихи, дарить цветы и подарки. По страсти, а не по любви, как правило, женятся, и это начало жизненной драмы, а то и трагедии. При таком воззрении на любовь первоначальные восторги превращаются потом нередко в ежедневный ужас. От этого и вторые, и третьи браки, и чуть ли не пятые и не десятые. «Я в нём ошиблась», «я думал о тебе лучше», «мы разные люди» — вот стандартный набор фраз, которые обычно предшествуют разрыву. Бесконечный поиск «идеала» — верное свидетельство того, что человек не рассматривает себя сам, своё собственное сердце, а что в нём? Чего сам он по-человечески стоит. Весьма часто «страстные» порывы плохо кончаются. Большинство браков в мире потому и распадается, а сохраняется меньшинство. Послушаем ещё раз о. Димитрия Смирнова:

«Почему любовь по пристрастию часто выражается во всяких искажениях, в ревности или ещё в какой-то злобе? Бывает, что из-за ревности один человек убивает другого. Говорят: вот какая сильная любовь. Какая же это любовь? Это себялюбие. Отняли любимую игрушку, которой наслаждался, — и сразу гнев; не может человек изменить обстоятельств — значит, надо отомстить. Есть такая поговорка: от любви до ненависти один шаг. На самом деле не от любви, а от одной страсти к другой. Дело в том, что страсти соседствуют, и бесы часто дружат: где пьянство, к примеру, там и блуд, и так далее. Поэтому нет ничего удивительного, если человек по пристрастию вроде был в кого-то влюблён, а через две недели готов убить. Вот только что любил, розы дарил, всё сверкало, блестело, пятьдесят человек на свадьбе пили, гуляли, а через несколько месяцев начинают уже телевизор пилить пополам. Куда же всё делось? А не было любви, это всё самообман, любовь к себе. Он мне нравится, поэтому я хочу, чтобы он был рядом, хочу на него смотреть, чтобы мне было хорошо. А когда мне чуть плохо, он уже плохой. А, не дай Бог, ещё чем-нибудь меня заденет. Поэтому всё, естественно, рассыпается».

Звучит всё это довольно страшно — но уж так оно и есть. Опять же, не для того чтобы испугать, говорится об этом, а чтобы обострить внимание, дабы не было потом бесконечных слёз. И чтобы, если хотят соединить свои судьбы молодые, то да прислушались всё же к мнению родителей, которые почти всегда детям кажутся «несовременными», «которые ничего не понимают». И призывать на помощь Господа, и вопрошать Его, и внимать, что Он скажет сердцу?

## Венцы

Зачем — венцы, и почему именно венцы? Да это же — короны царские, знак величия и достоинства, символ высокого аристократизма и избранности. Кем же избраны жених и невеста? Богом и Церковью Его. На какое же царство венчаются? На мирное царство, без обоюдных войн, со здравым, добрым правлением, с любящими подчинёнными — детьми, которые благоговеют перед родителями, слушаются их, рады им послужить. На такое царство-государство, вокруг которого и другие, видя благой пример, удивлялись бы и делались лучше. А ещё — что за царь венчается венцом? Кем он будет для самого себя? Он будет повелителем своих чувств, и если будет подлинно владыкой их — то и бесы станут трепетать перед ним, и устрашатся его.

Венец — ещё в древности был символом победы. Поэтому возложение венцов на главы жениха и невесты служит для них как бы наградой за их целомудренную жизнь до брака.

«Венцы, — говорит Свт. Иоанн Златоуст, — полагаются на главах брачующихся в знамение победы, для того, чтобы показать, что они, непобедимые страстию до брака, таковыми приступают и к брачному ложу, т.е. в состоянии победителей похоти плотской. А если кто будет уловлен сладострастием, отдал себя блудницам, то для чего ему, побеждённому, иметь и венец на главе своей?».

Те же, кто не сумел сохранить до брака целомудрия, должны чувствовать себя недостойными венцов, и в этом глубоком сознании собственного недостоинства пусть примут они твёрдое намерение изгладить свои прежние грехопадения покаянием и богоугодными делами. В этом случае венец да будет им напоминанием, что они должны благочестивой жизнью выкупить его драгоценность, что ныне дан он им как бы в заём, а надо приобрести его в полную собственность. И никак нельзя позволить себе осквернять его нарушением супружеской верности.

Венец — образ солнца, от которого и тепло, и свет. Наше же Солнце — Христос. По венчании снимаются венцы с увенчанных, но невидимо они должны остаться: не снимается царское достоинство, не удаляется святое церковное благословение.

Венец — знак чистоты. Вспомним, как девочки, девушки, плетут себе венки из цветов — ромашек, лилий и других. Как красивы эти венки на их головках, как сияют при этом глаза, сколько непосредственности, не догадывающейся о себе свежести и красоты в этих наивных девчушках, сколько радости! Такими и брачные венцы должны оставаться — заключающими в себе чистоту и доверчивость детства, простоту, дружелюбие, сердечность. Сказал Господь наш, если не будете как дети, не войдете в Царство небесное (Мф. 18: 3).

И ещё один символ видится в венце — терновый венец Христов, образ страдания и мужества, преодоление креста и смерти. Сказал Он:если кто хочет идти за Мною, отвергнисъ себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною (Мф. 16; 24). И ещё: возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко (Мф. 11: 29-30).

В таком мире мы живём, который хочет не следовать за Христом, а вовлечь в удовольствия, в разнузданность чувств, то есть в пустоту, во мрак и гибель душевные. Противостоять этому и значит: нести крест. А быть чистым, честным, ответственным, верным и любящим — значит, заслужить от мира насмешки, непонимание, обиды, поношение — то есть венец терновый. Колючки этого тёрна ещё и собственные наши грехи, наша тайная злоба, несдержанность, худая наша природа — и её надо вытерпеть и вынести.

Тяжелы, болезненны, но и легки и светлы царские супружеские венцы! Легки и светлы, когда с благодарением Богу несут их. Любовь и способность прощать делают незаметными боль, дают супружеской жизни красоту и полноту, подлинное цветение, лучистое сияние.

## Счастливые минуты венчания.
Чин Таинства

Святая Церковь с любовью и торжеством принимает жениха и невесту — как детей своих, и каких только трогательных молений, каких благожеланий не возвещает им! И эти усердные мольбы свои, эти благожелания она сопровождает величественными и полными глубокого смысла обрядами.

По уставу церковному бракосочетание должно быть совершаемо непосредственно после Литургии (Требн.), дабы жених и невеста благоговейным молением за Литургией, очищением себя чрез Таинства покаяния и причащения святейших Тела и Крови Христовых достойно приготовились к принятию благодати Таинства брака.

Первая часть Таинства брака — обручение.

Жених во Св. храме становится по правую, а невеста по левую сторону, — так соблюдается Богом узаконенный чин и благоприличие: муж — глава жены и в порядке стояния первенствует пред своею женою. Два перстня для обручающихся полагаются вблизи друг друга на Св. престол в знаменование того, что брачующиеся поручают свою судьбу воле Промысла Божия и от Господа, от Его Св. престола испрашивают благословение на свое обручение. Жених и невеста держат в руках светло горящие свечи, чем свидетельствуют, что и побуждения к браку у них самые светлые, чистые, свободные от предосудительных расчетов, что брак есть дело чистое, святое, не боящееся света, как боятся этого света грех и порок. Как светло и ярко горят свечи — так светла, чиста и целомудренна должна быть у брачующихся душа; как пламенно горят свечи — такою пламенною любовию они должны гореть во все время супружеской жизни друг к другу, к Св. Церкви, их благословляющей.

Самые нежные родители не могут пожелать любимейшим детям своим столько благ, сколько испрашивает им у Бога Св. Церковь при совершении Таинства брака. Едва только жених и невеста вступили в храм Божий для испрошения себе благословения свыше на супружескую жизнь, Св. Церковь тотчас же начинает воссылать свои моления ко Господу, где просит Его о брачующихся друг другу: о еже податися им чадом к продолжению рода; о еже ниспослатися им любви совершенней, мирней, и помощи; о еже сохранитися им в единомыслии и твердей вере; о еже благословитися им в непорочном жительстве; о яко да Господь Бог дарует им брак честен и ложе нескверное.

Затем священник берет с престола перстни и возлагает на безымянные пальцы правой руки жениху и невесте.

Взяв сперва кольцо жениха, он трижды произносит: «Обручается раб Божий (имя) рабе Божией (имя)». При каждом произнесении этих слов он творит крестное знамение над головой жениха и надевает кольцо. Затем берет кольцо невесты и произносит, знаменуя крестом голову невесты, трижды: «Обручается раба Божия (имя) рабу Божию (имя)», и также надевает ей кольцо на безымянный палец правой руки. Затем жених и невеста трижды обмениваются своими кольцами.

Перстень, по древнему обыкновению, служил печатью и утверждением; троекратным обменом перстней печатлеется и утверждается полное взаимное доверие лиц брачующихся: отселе они вверяют друг другу свои права, честь и спокойствие; с этих пор они будут жить друг для друга, будут обмениваться друг с другом всем, — и эта взаимность между ними будет постоянная, бесконечная (как в перстне — круге — нет конца, так и союз супружеский должен быть вечен, неразрывен). Жених, во свидетельство своей любви и готовности преимуществом сил своих вспомоществовать немощи женской, отдает свой перстень невесте, а она, в знак своей преданности мужу и готовности принимать помощь от него, свой перстень взаимно отдает жениху.

Теперь обрученные приближаются к аналою, на котором лежат Св. Евангелие и крест Христов; этим Церковь внушает, чтобы во всех путях своей жизни, при всех предприятиях и начинаниях супруги имели пред взором закон Христов, начертанный в Евангелии, чтобы в язвах распятого на кресте Христа Спасителя искали себе утешения среди треволнений житейских. При этом Св. Церковь словами святого псалмопевца, изображающего блаженное состояние богобоязненных людей в их супружеском, семейном быту, отвечает на вопросы ума и сердца брачующихся, что ожидает их впереди, какая доля благополучия готовится им. Блажени вси боящийся Господа, ходящий в путех Его (Пс. 127, 1), — вот краеугольный камень, вот тайна будущего семейного счастья непреложная, как непреложно слово Божие. Итак, истинное счастье супружеского союза зависит от того, как супруги будут вести себя в отношении к Богу и святым заповедям Его: если новобрачные будут благоговеть пред Богом и ходить путями Его, исполнять заповеди Его, то Сам Господь силою Своего могущества и премудрости будет устроять внутреннее и внешнее благо их жизни там, где чуждающиеся Бога встречают одни неудачи и скорби...

Обрученные жених и невеста становятся на одно «подножие» (на разостланный кусок материи) в знак того, что они должны будут разделять одинаковую участь во всем — как счастливую, так и неблагополучную, — и всенародно пред крестом и Евангелием объявляют свое благое и непринужденное произволение на вступление в брак. Жених и невеста должны вступать в брак по взаимному согласию и желанию: непринужденное расположение их друг к другу служит ручательством семейного счастья в супружестве и одним из важнейших условий законности брака.

Впрочем, сердечное взаимное сближение жениха и невесты, внушаемое словом Божиим (Быт. 24, 57-58; 28, 1-2), должно быть освящено благословением родителей и заступающих место их (Суд. 14, 1-3). Грешно поступают дети, когда вступают в супружество без благословения своих родителей: молитвы родителей, благословение их, по свидетельству слова Божия, утверждает дома детей (Сир. 3, 9), т.е. скрепляет счастье и благополучие семейной жизни детей. Итак, по изъявлении женихом и невестою пред лицом Самого Господа и пред всею Церковью взаимного согласия на вступление в брак, служитель алтаря Господня приступает к совершению самого венчания. Устами священника в трогательных молитвах Св. Церковь вспоминает Самим Богом благословенные браки святых праотцев наших и призывает на брачующихся то же благословение Господне, коего сподобились они, молит Всевышнего сохранить брачующихся, как сохранены были Ной в ковчеге, Иона во чреве китове и три отрока в пещи Вавилонской, даровать новым супругам единомыслие душ и телес, долгоденствие, венец неувядаемый на небесах, даровать от росы небесныя свыше и от тука земного, вина и елея и всякия благостыни, дабы они могли, «всякое самодовольство имуще», преподавать и требующим. Вместе с тем пастырь Церкви умоляет Господа помянуть не только самих брачующихся, а и родителей их, «зане молитвы родителей утверждают основания домов...»

Но вот настала важнейшая, торжественнейшая, святейшая во всем чинопоследовании венчания минута. На благословенную чету возлагаются венцы-знамения царской власти, — и этим преподается брачующимся благословение соделаться родоначальниками, как бы князьями дома, царями всего будущего потомства, а вместе возлагается обязанность пользоваться дарованною властию ко благу подвластных им.

При возложении венцов на жениха и невесту служитель алтаря Господня произносит: «Венчается раб Божий (имя) рабе Божией (имя)»,«Венчается раба Божия (имя) рабу Божию (имя)», и, трижды (в честь Св. Троицы) благословляя обоих, трижды же возглашает тайносовершительные слова: Господи, Боже наш, славою и честию венчай я (их)! «Господи! — как бы говорит этими молитвенными словами священник. — Как эта чета украшена теперь венцами, так украшай брачный союз этот во всю жизнь их славою и честию, всеми дарами Своего благословения: да сияют новые супруги в жизни чистотою и святостью, как сияют их венцы, — и да сподобятся венцов небесных, уготованных в будущей жизни победителям, побеждающим лукавые обычаи мира сего и всякую похоть вредну, подаваемых за соблюдение супружеской верности, за подвиги христианские».

Так Св. Церковь тайнодейственно низводит на брачующихся благодать Всесвятого Духа, освящающую их супружество, естественное рождение и воспитание детей. С этой минуты жених есть уже муж своей невесты, невеста — жена своего жениха; с этой минуты муж и жена связаны нерасторжимыми узами брака, по непреложному слову Христа Спасителя: что Бог сочетая, того человек да не разлучает (Мф. 19, 6).

Теперь супругам необходимо узнать свои обязанности в отношении друг к другу, — и вот Церковь Христова предлагает в читаемом при бракосочетании апостольском чтении истинное учение о взаимных обязанностях мужа и жены.

Брачный союз, по учению слова Божия, есть тайна великая (Еф. 5, 32), вследствие того, что он представляет собою отпечаток, отображает в себе духовно благодатный союз Христа Спасителя с Церковью. Чистая, неизменная взаимная супружеская любовь, знаменуя собою любовь Спасителя к Церкви, является источником всех супружеских добродетелей, источником взаимного семейного спокойствия и счастья; она облегчает все трудности, скорби и болезни супружеского состояния, — она дары счастья возвышает и любые тяготы делает переносимыми.

После чтения Апостола и другой назидательный урок преподается супругам — в положенном при бракосочетании евангельском чтении о браке в Кане Галилейской. Бедная чета, не имевшая средств припасти достаточно вина для угощения брачных гостей, была, однако, достойна того, чтобы Сам Господь Иисус Христос с Своею Пречистою Матерью почтили брак Своим присутствием, чтобы Сама Царица Небесная обратила на бедность ее Свое внимание и умолила Сына Своего помочь нужде новобрачных чудесным претворением воды в вино.

Итак, бедность нисколько не препятствует супругам христианским богатеть благочестием: благоустроенная жизнь человека, по слову Христову, не зависит от изобилия его имения (Лк. 12, 15). Если новобрачные будут полагать главное сокровище свое в Боге, если будут украшаться христианским благочестием и исполнять заповеди Христовы во все дни жизни своей, то Господь Бог, «сподобивый в Кане Галилейской честный показати брак Своим присутствием, Сам ущедрит их и исполнит дом их пшеницы, вина и елея и всякий благостыни, дарует обильное пропитание для супругов и домочадцев, дарует Свое святое благословение на все труды их, на села и поля, на домы и скоты их, дабы все умножалось и сохранялось...» (Требник).

По прочтении Евангелия преподается новое наставление супругам. Приносится чаша с красным вином, священник благословляет ее и дает бракосочетавшимся троекратно вкушать из нее в знак того, что отныне во все время последующей супружеской жизни все у них должно быть общее, одни желания и намерения, и что все они должны делить между собою пополам: и счастье и несчастье, и радости и скорби, и труды и покой, и подвиги и венцы за подвиги.

По вкушении из чаши пастырь Церкви, соединив десницы супругов и покрыв их концом епитрахили (в знамение того, что они соединились во Христе, и что муж чрез руки священника получает жену от самой Церкви), троекратно обводит новобрачных кругом аналоя, выражая этим обхождением их радость, духовное ликование. Кроме того, так как повторяемый круг всегда служит знаком вечности, кругообразным обхождением бракосочетавшиеся являют знамение того, что они будут хранить свой супружеский союз вечно, пока будут живы, и выражают обет ни по каким причинам не расторгать брака.

Обхождение совершается трижды во славу Св. Троицы, Которая, таким образом, призывается во свидетельство обета супругов.

По окончании шествия снимаются венцы с новобрачных при особых приветствиях, в которых служитель Божий желает им возвеличения от Бога, веселия, умножения потомства и хранения заповедей Божиих: «Возвеличися, женише, якоже Авраам, и благословися якоже Исаак, и умножися якоже Иаков, ходяй в мире и делаяй в правде заповеди Божия. И ты, невесто, возвеличися якоже Сарра, и возвеселися якоже Ревекка, и умножися якоже Рахиль, веселящися о своем муже, хранящи пределы закона, зане тако благоволи Бог». Затем в двух последующих молитвах: «Боже, Боже наш» и «Отец, и Сын, и Святый Дух» священник просит Господа, благословившего брак в Кане Галилейской, воспринять и венцы новобрачных неоскверненными и непорочными в Царствии Своем. Во второй молитве, читаемой священником, стоящим лицом к преклонившим головы новобрачным, эти прошения запечатлеваются именем Пресвятой Троицы и иерейским благословением.

Наконец бракосочетавшиеся муж и жена дают друг другу целование — и чин венчания оканчивается.

Вот как все благообразно и к назиданию нашему совершается в священнодействии брака, как все возносит нас от земли к небу! Господь наш Иисус Христос для того и благоволил освятить брачный союз благодатию Таинства, чтобы супруги христианские, представляя таинственный образ святейшего союза Его с Церковью и вспомоществуемые благодатию Таинства, украшались богоподобными совершенствами.

Как же далеки должны быть от нас всякое движение бесчинное, всякое слово праздное, всякая мысль лукавая и нечистая, как благоговейно и внимательно мы должны стоять во храме в то время, когда испрашивается благословение Господне для новой четы, когда незримо с нами присутствует Сам Господь Иисус Христос, подобно тому, как Он присутствовал на браке в Кане Галилейской!

На брачном торжестве Св. Церковь дозволяет нам веселие и радость, но желает, чтобы радость и веселие наши были чисты, святы, достойны того великого Таинства, ради коего они дозволяются. «Брак и учреждение на нем (пир), — говорит Церковь Христова в руководство нам, — со всякою тихостию и подобающей христианам честностию во славу Божию да бывает, не козлогласованием диавольским, ни плясанием и пиянством, яже христианам запрещена суть; супружество бо есть дело святое: темже и свято сие совершати достоит». «Брак должен быть провождаем благочинно, христианским образом, а не языческим, без песней скверных и соблазнительных, без криков, содомскую паче, нежели христианскую свадьбу показующих; а также без волшебства и всяких скверных действий». «Позванным на брак подобает скромно, честно и с благоговением вечеряти или обедать, как прилично христианам», — изрекли древле святые и богоносные отцы на соборе. Скромное, благоговейное наше пиршество брачное благословит и Сам Господь, освятивший брак в Кане Галилейской Своим присутствием и совершением первого чуда. (По книге свящ. А. В. Рождественского «Семья православного христианина»)

## Советы венчающимся

Чтобы венчание стало подлинным праздником, запоминающимся на всю жизнь, необходимо заранее позаботиться о его организации. В первую очередь, согласовать место и время совершения Таинства.

В церквах, где предварительная запись отсутствует, молодожены договариваются о совершении Таинства непосредственно в день свадьбы. При этом устанавливается приблизительное время венчания, так как венчания, возможно, начнутся только после других треб. Также можно договориться и с конкретным священником.

В церкви понадобится свидетельство о браке, поэтому регистрация брака в ЗАГС'е должна быть раньше венчания.

Перед началом супружеской жизни исключительно важно совместное причастие. Поэтому молодоженам необходимо исполнить все необходимое для причащения: пост, молитву, взаимное прощение.

Желающий достойно причаститься Святых Христовых Тайн должен по крайней мере за два-три дня молитвенно подготовить себя к этому: больше и усерднее молиться дома утром и вечером, посещать церковные богослужения: Перед днем причащения надо обязательно быть на вечерней службе. К домашним вечерним молитвам добавляется правило ко Св. Причащению (оно включает в себя каноны: покаянный Господу Иисусу Христу, молебный ко Пресвятой Богородице, Ангелу Хранителю, а также Последование ко Святому Причащению). С молитвой соединяется пост — воздержание от скоромной пищи — мяса, яиц, молока и молочных продуктов, — а если супружеская жизнь уже имеет место — воздержание от брачных отношений.

Молодоженам надо приходить в храм в день свадьбы к началу службы, ничего не есть, не пить и не курить накануне, с 12 часов ночи. В храме жених и невеста исповедуются, молятся за Литургией и причащаются Святых Тайн.

Присутствие друзей и родственников молодоженов за Литургией желательно, но, в крайнем случае, они могут прийти к началу венчания.

Делать фотографии и снимать бракосочетание видеокамерой разрешается не во всех храмах: лучше обойтись без этого, сделав памятную фотографию на фоне храма после совершения Таинства.

Обручальные кольца надо заранее отдать венчающему священнику, чтобы он освятил их возложением на престол.

Возьмите с собой кусок белого полотна или полотенце. На нем молодые будут стоять.

У невесты непременно должен быть головной убор — фата или платок; косметика и украшения — или отсутствовать, или в минимальном количестве.

Обязательны нательные крестики для обоих супругов.

По русской традиции, всякая супружеская пара имеет свидетелей, организующих брачный пир. А в храме они будут держать венцы над головами новобрачных. Свидетели должны быть крещеными.

## Церковно-канонические препятствия к браку

Церковью не допускается четвертый и пятый браки; запрещается вступать в брак лицам, находящимся в близких степенях родства. Церковь не благословляет брак, если один из брачующихся (или оба) объявляет себя убежденным атеистом, пришедшим в храм лишь по настоянию супруга или родителей. Нельзя венчаться некрещеным.

Нельзя венчать брак, если один из новобрачных фактически состоит в браке с другим лицом.

Запрещается брак между кровными родственниками вплоть до четвертой степени родства (то есть с троюродным братом или сестрой).

Древняя благочестивая традиция запрещает браки между крестными родителями и крестниками, а также между двумя восприемниками одного ребенка. Строго говоря, канонических препятствий к этому нет, однако в настоящее время разрешение на такой брак может быть получено только у правящего архиерея.

Нельзя венчаться тем, кто дал ранее монашеские обеты или принял рукоположение в священный сан.

В наши дни Церковь не производит дознания о совершеннолетии, психическом и физическом здоровье жениха и невесты, добровольности их вступления в брак, так как эти условия обязательны для регистрации гражданского союза. Разумеется, скрыть от представителей государственных органов те или иные препятствия к браку можно. Но невозможно обмануть Бога, поэтому главным препятствием для совершения незаконного брака должна стать совесть брачующихся.

Отсутствие родительского благословения на венчание является весьма прискорбным фактом, однако, если жених и невеста уже достигли совершеннолетия, такое обстоятельство не может служить препятствием к венчанию. Кроме того, часто родители-атеисты противятся именно церковному браку, и в таком случае родительское благословение может быть заменено священническим, лучше всего — благословением духовника хотя бы одного из супругов.

## Венчание не совершается:

1. в течение всех четырех многодневных постов;

2. во время Сырной седмицы (масленицы);

3. на Светлой (Пасхальной) Седмице;

4. от Рождества Христова (7 января) до Крещения (19 января);

5. накануне двунадесятых праздников;

6. по вторникам, четвергам и субботам в течение всего года;

7. 10, 11, 26 и 21 сентября (в связи со строгим постом ради Усекновения главы Иоанна Крестителя и Воздвижения Креста Господня);

8. накануне престольных храмовых дней (в каждом храме свои).

При чрезвычайных обстоятельствах исключение из этих правил может быть сделано по благословению правящего архиерея.

## Суеверия, связанные с венчанием

Пережитки язычества дают о себе знать всевозможными суевериями, которые хранятся в народе. Так, существует поверье, что случайно упавшее кольцо или погасшая венчальная свеча предвещают всевозможные несчастья, трудную жизнь в браке или раннюю смерть одного из супругов. Распространены и суеверия, что тот из брачующихся, кто первым вступит на расстеленное полотенце, будет всю жизнь главенствовать в семье, а чья свеча после Таинства окажется короче, тот и раньше умрет. Некоторые думают, что нельзя венчаться в мае, «будешь потом всю жизнь маяться».

Все эти вымыслы не должны волновать сердца, ибо их творец — сатана, названный в Евангелии «отцом лжи». А к случайностям (например, падение кольца) нужно относиться спокойно — всякое бывает.

## Последование о второбрачных

Церковь смотрит на второй брак неодобрительно и допускает его только по снисхождению к человеческим немощам. В исследование о второбрачных добавляются две покаянные молитвы, нет вопрошений о свободе волеизъявления. Такой чин совершается в случае, если и жених, и невеста вступают в брак во второй раз. Если один, из них венчается впервые, совершается обычное чинопоследование.

## Венчаться никогда не поздно

В безбожное время множество супружеских пар образовалось без благословения Церкви. Но бывает, что невенчанные супруги всю жизнь хранят верность друг другу, воспитывают детей и внуков в мире и согласии.

Церковь никогда не отказывает в благодати Таинства, даже если супруги находятся на склоне лет. Как свидетельствуют многие священники, те пары, которые венчаются в зрелом возрасте, порой относятся к Таинству брака серьезнее, чем молодые люди. Пышность и торжественность свадьбы у них заменяется благоговением и трепетом перед величием брака.

Ред. Golden-ship, 2010