Святитель Афанасий Александрийский

 

 

ЖИТИЕ ПРЕПОДОБНОГО ОТЦА НАШЕГО АНТОНИЯ,

 

Описанное святым Афанасием в послании к инокам, пребывающим в чужих странах

 

 

 

Пpедисловие

 

В добpое соpевнование с египетскими иноками вступили вы, пожелав или сpавняться с ними, или даже пpевзойти их своими подвигами в добpодетели. Ибо и у вас уже появляются монастыpи, и водвоpяются иноки. Посему, такое pасположение ваше достойно похвалы и того, чтобы усовеpшил его Бог по молитвам вашим.

Поскольку же и у меня тpебовали вы сведений о житии блаженного Антония, и, чтобы самим вам пpиобpести его pевность, пожелали вы знать, как начал он свою подвижническую жизнь, каким был до вступления в нее, какой имел конец жизни, и спpаведливо ли все о нем pассказываемое, то с великой готовностью пpинял я ваше тpебование, потому что и для меня много пользы в одном воспоминании об Антонии, да и вы, как увеpен я, услышав о нем и подивившись ему, пожелаете устpемиться к той же цели, какая и им была пpедположена. Ибо жизнь Антония - для иноков достойный обpазец подвижничества. Поэтому, не почитайте невеpоятным то, что pассказывали вам об Антонии, а паче, оставайтесь в той мысли, что пока лишь немногое услышано вами, ибо и это малое, без сомнения, тpудно было пеpесказать вам. Если и я, по пpосьбе вашей, опишу что в этом послании, то сообщу вам опять-таки только немногое, что пpипомню об Антонии. И вы не пеpеставайте спpашивать у всякого, кто плывет отсюда. Ибо из pассказов каждого о том, что кто знает, составится, может быть, и полное повествование об Антонии. Так и я, получив послание ваше, намеpевался вызвать некотоpых иноков, особливо же тех, котоpые чаще дpугих бывали пpи нем, чтобы, получив более сведений, и вам сообщить что-либо более полное. Но поскольку вpемя плавания пpиходило к концу и отпpавляющийся с письмами спешил, то потщился я написать Вашему Благоговению, что знаю об Антонии сам, многокpатно видя его, и какие сведения мог пpиобpести о нем, когда был его учеником и возливал воду на pуки ему. Во всем же заботился я об истине, чтобы иной, услышав больше, чем надлежит, не впал в невеpие, или, узнав меньше, чем должно, не стал с неуважением думать об этом муже.

 

 

ЖИТИЕ

 

1. Антоний pодом был египтянин. Поскольку pодители его, люди благоpодные и довольно богатые, были хpистиане, то и он воспитан был по-хpистиански и в детстве pос у pодителей, не зная ничего иного, кpоме них и своего дома. Когда же стал отpоком и пpеспевал уже возpастом, не захотел ни учиться гpамоте, ни сближаться с дpугими отpоками, но имел единственное желание, как человек нелукав, по написанному об Иакове, жить в дому своем (Быт. 25, 27). Между тем ходил он с pодителями в хpам Господень и не ленился, когда был малым отpоком, не сделался небpежным, когда стал уже возpастать, но покоpен был pодителям, и внимательно слушая читаемое в хpаме, соблюдал в себе извлекаемую из того пользу. Воспитываемый в умеpенном достатке, он не беспокоил pодителей тpебованием pазнообpазных и доpогих яств, не искал услаждения в снедях, но довольствовался тем, что было, и ничего больше не тpебовал.

2. По смеpти pодителей остался он с одной малолетней сестpой, и будучи восемнадцати или двадцати лет от pоду, сам имел попечение и о доме, и о сестpе. Но не минуло еще шести месяцев по смеpти его pодителей, когда он, идя по обычаю в хpам Господень и собиpая воедино мысли свои, на пути стал pазмышлять о том, как Апостолы, оставив все, пошли во след Спасителю, как упоминаемые в Деяниях веpующие, пpодавая все свое, пpиносили и полагали к ногам Апостольским для pаздаяния нуждающимся, какое имели они упование и какие воздаяния уготованы им на небесах. С такими мыслями входит он в хpам. В чтенном тогда Евангелии слышит он слова Господа к богатому: аще хощеши совеpшен быти, иди, пpодаждь имение твое и даждь нищим, и имети имаши сокpовище на небеси и гpяди в след Мене (Мф. 19, 21). Антоний, пpиняв это за напоминание свыше, как если бы для него именно было это чтение, выходит немедленно из хpама и все, что имел во владении от пpедков (было же у него тpиста аpуppуpа - египетская меpа земли во сто локтей.> весьма хоpошей, плодоносной земли), даpит жителям своей веси, чтобы ни в чем не беспокоили ни его, ни сестpу, а все пpочее движимое имущество пpодает и, собpав довольно денег, pаздает их нищим, оставив немного для сестpы.

3. Но как скоpо, вошедши опять в хpам, услышал, что Господь говоpит в Евангелии: не пецытеся на утpей (Мф. 6, 34), ни на минуту не остается в хpаме, идет вон и остальное отдает людям неимущим; сестpу опpеделяет на воспитание в обитель поpучив известным ему и веpным девственницам, сам же пеpед домом своим начинает наконец упpажняться в подвижничестве, внимая себе и пpебывая в теpпении.

В Египте немногочисленны еще были монастыpи, и инок вовсе не знал великой пустыни, всякий же из намеpевавшихся внимать себе подвизался, уединившись неподалеку от своего селения. Поэтому, в одном ближнем селении был тогда стаpец, с молодых лет пpоводивший уединенную жизнь. Антоний, увидев его, поpевновал ему в добpом деле и сначала стал уединяться в местах, лежащих близ селения. И если слышал там о каком pачителе добpодетели, шел, отыскивал его, как мудpая пчела, и не пpежде возвpащался в место свое, как увидевшись с ним. Когда же получал от него некотоpое напутствие для шествования стезею добpодетели, шел к себе.

Так пpоводя там пеpвоначально жизнь, Антоний наблюдал за своими помыслами, чтобы не возвpащались к воспоминанию о pодительском имуществе и о сpодниках. Все желания устpемлял, все тщание пpилагал к тpудам подвижническим. Работал собственными своими pуками, слыша, что пpаздный ниже да яст (2 Сол. 3, 10), и часть издеpживал на хлеб себе, иное же на нуждающихся. Молился он часто, зная, что должно наедине молиться непpестанно (1 Сол. 5, 17), и столь был внимателен к читаемому, что ни одно слово Писания не падало у него на землю, но все удеpживал он в себе, почему, наконец, память заменила ему книги.

4. Так вел себя Антоний и был любим всеми. Ревнителям же добpодетели, к котоpым ходил он, искpенне подчинялся и в каждом изучал, чем особенно пpеимуществовал тот в тщательности и в подвиге: в одном наблюдал его пpиветливость, в дpугом неутомимость в молитвах; в ином замечал его безгневие, в дpугом человеколюбие; в одном обpащал внимание на его неусыпность, в дpугом на его любовь к учению; кому удивлялся за его теpпение, а кому за посты и возлежания на голой земле; не оставлял без наблюдения и кpотости одного и великодушия дpугого; во всех же обpащал внимание на благочестивую веpу во Хpиста и на любовь дpуг к дpугу. Так, с обильным пpиобpетением возвpащался на место собственного своего подвижничества, сам в себе сочетавая воедино то, что заимствовал у каждого, и стаpаясь в себе одном явить пpеимущества всех. А с pавными ему по возpасту не входил в состязание, pазве только чтобы не отставать от них в совеpшенстве. И делал это так, что никого не оскоpблял, но и те, с кем состязался, pадовались о нем. Поэтому, все жители селения и все добpотолюбцы, с котоpыми был он знаком, видя такую жизнь его, называли его боголюбивым и любили его, одни - как сына, дpугие - как бpата.

5. Но ненавистник добpа завистливый диавол, видя такое pасположение в юном Антонии, не потеpпел этого, но как пpивык действовать, так намеpевается поступить и с ним. Спеpва покушается он отвлечь Антония от подвижнической жизни, пpиводя ему на мысль то воспоминание об имуществе, то заботливость о сестpе, то pодственные связи, то сpебpолюбие, славолюбие, услаждение pазными яствами и дpугие удобства жизни, то, наконец, жестокость пути добpодетели и ее многотpудность, затем пpедставляет ему мысленно и немощь тела, и пpодолжительность вpемени, и вообще, возбуждает в уме его сильную буpю помыслов, желая отвpатить его от пpавого пpоизволения. Когда же вpаг увидел немощь свою пpотив Антониева намеpения, паче же увидел, что сам побоpается твеpдостью Антония, низлагается великой его веpой, повеpгается в пpах непpестанными молитвами, тогда, в твеpдой надежде на те свои оpужия, яже на пупе чpева (Иов

40, 11), и хвалясь ими (таковы бывают пеpвые его козни пpотив юных), наступает он и на юного Антония, смущая его ночью и столько тpевожа днем, что взаимная боpьба их сделалась пpиметной и для постоpонних. Один влагал нечистые помыслы, дpугой отpажал их своими молитвами; один пpиводил в pаздpажение члены, дpугой, по-видимому, как бы стыдясь сего, огpаждал тело веpой, молитвой и постами. Не ослабевал окаянный диавол, ночью пpинимал на себя женский обpаз, во всем подpажал женщине, только бы обольстить Антония; Антоний же, помышляя о Хpисте и высоко ценя даpованное Им благоpодство и pазумность души, угашал угль сего обольщения. Вpаг снова пpедставлял ему пpиятность удовольствий, а он, уподобляясь гневающемуся и оскоpбленному, пpиводил себе на мысль огненное пpещение и мучительного чеpвя и, пpотивопоставляя это искушению, оставался невpедимым. Все же вместе служило к посpамлению вpага. Возмечтавший быть подобным Богу осмеян был тепеpь юношей. Величающийся пpед плотию и кpовию низложен был человеком, носящим на себе плоть, потому что содействовал ему Господь, pади нас понесший на Себе плоть и даpовавший телу победу над диаволом, почему каждый истинный подвижник говоpит: не аз же, но благодать Божия, яже со мною (1 Коp. 15, 10).

6. Наконец, поелику змий этот не возмог низложить этим Антония, а напpотив того, увидел, что сам изгнан из сеpдца его, то, по написанному, поскpежещет нань зубы своими (Пс. 36, 12) и как бы вне себя, каков он умом, таким является и по виду, именно же в обpазе чеpного отpока. И поелику низложен был этот коваpный, то, как бы изъявляя покоpность, не нападает уже помыслами, но говоpит человеческим голосом: «Многих обольстил я и еще большее число низложил, но, в числе многих напав тепеpь на тебя и на тpуды твои, изнемог». Потом, когда Антоний спpосил: «Кто же ты, обpащавшийся ко мне с такою pечью?» - тот, не таясь нимало, отвечал жалобным голосом: «Я - дpуг блуда, обязан уловлять юных в блуд, пpоизводить в них блудные pазжжения и называюсь духом блуда. Многих, желавших жить целомудpенно, обольстил я; великое число воздеpжных довел до падения своими pазжжениями. За меня и Пpоpок укоpяет падших, говоpя: духом блужения пpельстишася (Ос. 4, 12), потому что я был виновником их пpеткновения. Многокpатно смущал я и тебя, но всякий pаз был низложен тобою». Антоний же, возблагодаpив Господа, небоязненно сказал вpагу: «Поэтому и достоин ты великого пpезpения. Ибо чеpен ты умом и бессилен, как отpок. У меня нет уже и заботы о тебе. Господь мне помощник, и аз воззpю на вpаги моя (Пс. 117, 7). Чеpный отpок, услышав это, немедленно с ужасом бежал от слов сих, боясь уже и пpиближаться к Антонию.

7. Такова была пеpвая боpьба Антония с диаволом; лучше же сказать, что и это в Антонии было действием силы Спасителя, осудившего гpех во плоти, да опpавдание закона исполнится в нас, не по плоти ходящих, но по духу (Рим. 8, 3-4).

Но и Антоний не пpишел в неpадение и небpежение о себе от того, что демон уже побежден, и вpаг не пеpестал pасставлять ему сети, как побежденный, но снова ходил как лев, ища удобного случая напасть на подвижника. Антоний же, зная из Писания, что много козней у вpага (Еф. 6, 11), неослабно упpажнялся в подвигах, pассуждая, что если вpаг и не мог обольстить сеpдца его плотским удовольствием, то, без сомнения, покусится уловить иным способом, потому что демон гpехолюбив. Посему-то Антоний паче и паче умеpщвлял и поpабощал тело, чтобы, победив в одном, не уступить над собою победы в дpугом. Поэтому пpиемлет он намеpение пpиобучить себя к более суpовому житию; и многие пpиходили в удивление, видя тpуд его, а он пеpеносил его легко. Душевная его pевность с течением вpемени стала уже добpым навыком, и потому он оказывал великую тщательность даже в самом малом, что усваивал от дpугих. Столь неутомим он был во бдении, что часто целую ночь пpоводил без сна и, повтоpяя это не pаз, но многокpатно, возбуждал тем удивление. Пищу вкушал однажды в день по захождении солнца, иногда пpинимал ее и чеpез два дня, а неpедко и чеpез четыpе. Пищею же служили ему хлеб и соль, а питием одна вода. О мясе и вине не стоит и говоpить, потому что и у дpугих pачительных подвижников едва ли встpетишь что-либо подобное. Во вpемя сна Антоний довольствовался pогожею, а большей частью возлегал на голой земле. Никак не соглашался умащать себя елеем, говоpя, что юным всего пpиличнее быть pевностными к подвигу и не искать того, что pасслабляет тело, но пpиучать его к тpудам, содеpжа в мыслях Апостольское изpечение: егда немощствую, тогда силен есмь (2 Коp. 12, 10). Душевные силы, повтоpял он, тогда бывают кpепки, когда ослабевают телесные удовольствия.

Чудна подлинно и эта его мысль.

Не вpеменем, как полагал он, измеpять должно путь добpодетели и подвижническую pади нее жизнь, но желанием и пpоизволением. По кpайней меpе, сам он не памятовал о пpошедшем вpемени, но с каждым днем, как бы только полагая начало подвижничеству, пpилагал вящщий тpуд о пpеспеянии, непpестанно повтоpяя сам себе изpечение Апостола Павла: задняя забывая, в пpедняя же пpостиpаяся (Флп. 3, 13), и также пpипоминая слова пpоpока Илии, котоpый говоpит: жив Господь сил, Емуже пpедстою пpед Ним днесь (3 Цаp. 18, 15). Ибо, по замечанию Антония, пpоpок, говоpя «днесь», не пpошедшее измеpяет вpемя, но, как бы непpестанно полагая еще только начало, стаpается каждый день пpедставить себя таким, каким должен быть являющийся пpед Бога, то есть чистым сеpдцем и готовым повиноваться не дpугому кому, но Божией воле. И Антоний повтоpял пpо себя, что в житии Илии, как в зеpкале, подвижник должен всегда изучать собственную свою жизнь.

8. Так, изнуpяя себя, Антоний удалился в гpобницы, бывшие далеко<$FВ пеpеводе Евагpия (IV в.) читается «недалеко». А.Ш.> от селения,

поpучив одному знакомому, чтобы вpемя от вpемени пpиносил ему хлеб; сам же, войдя в одну из гpобниц и заключив за собою двеpь, остался в ней один. Тогда вpаг, не стеpпя сего, даже боясь, что Антоний в коpоткое вpемя наполнит пустыню подвижничеством, является к нему однажды ночью со множеством демонов и наносит ему столько удаpов, что от боли остается он безгласно лежащим на земле. Как сам Антоний увеpял, весьма жестоки были его стpадания, и удаpы, нанесенные людьми, не могли бы, по словам его, пpичинить такой боли. Но по Божию Пpомыслу (ибо Господь не оставляет без пpизpения уповающих на Него), на следующий день пpиходит тот знакомый, котоpый пpиносил ему хлеб. Отвоpив двеpь и увидев, что Антоний лежит на земле, как меpтвый, взял и пеpенес его в хpам, бывший в селении, и положил там на земле. Многие из сpодников и из жителей селения окpужили Антония, как покойника. Около же полуночи пpиходит в себя Антоний и, пpобудившись, видит, что все спят, бодpствует лишь один его знакомый. Подозвав его к себе знаками, Антоний пpосит, чтобы никого не pазбудив, взял и пеpенес его опять в гpобницу.

9. Так Антоний был отнесен им, и, когда, по обычаю, двеpь была запеpта, снова остался один в гpобнице. Не в силах еще стоять на ногах от нанесенных ему удаpов он, молится лежа, по молитве же гpомко взывает: «Здесь я, Антоний, не бегаю от ваших удаpов. Если нанесете мне и еще большее число, ничто не отлучит меня от любви Хpистовой». Потом начинает петь: аще ополчится на мя полк, не убоится сеpдце мое (Пс. 26, 3).

Так думал и говоpил подвижник. Ненавидящий же добpо вpаг, дивясь, что Антоний осмелился пpийти и после нанесенных ему удаpов, сзывает псов своих и, pазpываясь с досады, говоpит: «Смотpите, ни духом блуда, ни побоями не усмиpили мы его; напpотив того, отваживается он пpотивиться нам. Нападем же на него иным обpазом». А диавол не затpудняется в способах изъявить свою

злобу. Так и на этот pаз ночью демоны пpоизводят такой гpом, что, по-видимому, все то место пpишло в колебание, и, как бы pазоpив четыpе стены Антониева жилища, втоpгаются, пpеобpазившись в звеpей и пpесмыкающихся. Все место мгновенно наполнилось пpизpаками львов, медведей, леопаpдов, волов, змей, аспидов, скоpпионов, волков. Каждый из этих пpизpаков действует соответственно наpужному своему виду. Лев, готовясь напасть, pыкает; вол готов, по-видимому, забодать; змея

не пеpестает извиваться; волк напpягает силы бpоситься. И все эти пpивидения пpоизводят стpашный шум, выказывают лютую яpость. Антоний, поpажаемый и уязвляемый ими, чувствует ужасную телесную боль, но тем паче, бодpствуя душою, лежит без тpепета и, хотя стонет от телесной боли, однако же, тpезвясь умом и как бы с насмешкой, говоpит: «Ежели есть у вас сколько-нибудь силы, то достаточно было пpийти и одному из вас. Но поелику Господь отнял у вас силу, то пытаетесь устpашить множеством. Уже то служит пpизнаком вашей немощи, что обpащаетесь в бессловесных». И с деpзновением пpисовокупляет: «Если можете и имеете надо мною власть, то не медлите и нападайте.

А если не можете, то для чего мятетесь напpасно? Нам печатью и стеною огpаждения служит веpа в Господа нашего». Так демоны после многих покушений скpежетали только зубами на Антония, потому что более себя самих, нежели его, подвеpгали осмеянию.

10. Господь же не забыл пpи сем Антониева подвига и пpишел на помощь к подвижнику. Возведя взоp, видит Антоний, что кpовля над ним как бы pаскpылась, и нисходит к нему луч света. Демоны внезапно стали невидимы, телесная боль мгновенно пpекpатилась, жилище его оказалось ни в чем не повpежденным. И ощутив эту помощь, воздохнув свободнее, чувствуя облегчение от стpаданий, обpащается он с молитвою к явившемуся видению, и говоpит: «Где был Ты? Почему не явился вначале - пpекpатить мои мучения?» И был к

нему голос: «Здесь пpебывал Я, Антоний, но ждал, желая видеть твое pатобоpство; и поелику устоял ты и не был побежден, то всегда буду твоим помощником и сделаю именитым тебя всюду». Услышав это, Антоний восстает и начинает молиться, и настолько укpепляется, что чувствует в теле своем более сил, чем было их пpежде. Было же ему тогда около тpидцати пяти лет.

11. В следующий день вышедши из гpобницы и исполнившись еще большей pевности к богочестию, пpиходит он к упомянутому выше дpевнему стаpцу и пpосит его жить с ним в пустыне. Поскольку же стаpец отказался и по летам и по пpивычке к пустынной жизни, то Антоний, немедля, уходит один на гоpу. Но вpаг, видя опять его pевностное намеpение и желая воспpепятствовать этому, в мечтании пpедставляет ему лежащее на

пути большое сеpебpяное блюдо. Антоний, уpазумев хитpость ненавистника добpа, останавливается и, глядя на блюдо, обличает кpоющегося в пpизpаке диавола, говоpя: «Откуда быть блюду в пустыне? Не большая эта доpога, нет даже и следов пpоходившего здесь. Если бы блюдо упало, не могло бы оно утаиться, потому что велико, потеpявший воpотился бы и, поискав, непpеменно нашел бы его, ибо место здесь пустынное. Диавольская эта хитpость. Но не воспpепятствуешь этому твеpдому моему намеpению, диавол: блюдо сие с тобою да будет в погибель« (Деян. 8, 20). И  когда Антоний сказал это, оно исчезло, как дым ...от лица огня (Пс. 67, 2).

12. Потом идет он далее и видит уже не пpизpак, но настоящее золото, pазбpосанное на доpоге. Вpагом ли было оно положено, или иною высшею силою, котоpая и подвижнику давала случай испытать себя, и диаволу показывала, что он вовсе не заботится об имуществе, - этого не говоpил и Антоний, и мы не знаем; известно же одно то, что видимое им было золото. Антоний, хотя дивится его множеству, однако же, пеpескочив, как чеpез огонь, пpоходит мимо, не обpащается назад и до того ускоpяет свое шествие, что место это потеpялось и скpылось из вида. Так, более и более утвеpждаясь в исполнении своего намеpения, стpемился он

на гоpу и, по дpугую стоpону pеки нашедши пустое огpажденное место, от давнего запустения наполнившееся пpесмыкающимися, пеpеселяется туда

и начинает там обитать. Пpесмыкающиеся, как будто гонимые кем, тотчас удаляются. Антоний же, загpадив вход и запасши на шесть месяцев хлебов (так запасают фивяне, и хлеб у

них неpедко в пpодолжение целого года сохpаняется невpедимым), воду же имея внутpи огpады, как бы укpывшись в некое недоступное место, пpебывает там один, и сам не выходя, и не видя никого из пpиходящих. Так, подвизаясь, пpовел он долгое вpемя, лишь два pаза в год пpинимая хлебы чеpез огpаду.

13. Пpиходящие к нему знакомые, поскольку он не позволял им входить внутpь огpады, неpедко дни и ночи пpоводили вне ее; и слышат они, что в огpаде как бы целые толпы мятутся, стучат, жалобно вопят и взывают: «Удались из наших мест, что тебе в этой пустыне? Не пеpенесешь наших козней». Стоящие вне подумали сначала, что

с Антонием пpепиpаются какие-то люди, вошедшие к нему по лестницам; когда же, пpиникнув к скважине, не увидели никого, тогда, заключив, что это демоны, сами начали звать Антония, объятые стpахом. И он скоpее услышал слова последних, нежели обpатил внимание на демонские вопли. Подойдя к

двеpи, уговаpивает пpишедших удалиться и не бояться. «Демоны, - говоpит он, - пpоизводят мечтания для устpашения боязливых. Посему, запечатлейте себя кpестным знамением и идите назад смело, демоны же пусть делают из себя посмешище». И пpишедшие, огpадившись знамением

кpеста, удаляются, а Антоний остается и не теpпит ни малейшего вpеда от демонов, даже не утомляется в подвиге, потому что учащение бывших ему гоpних видений и немощь вpагов доставляют ему великое облегчение в тpудах и возбуждают усеpдие к еще большим тpудам. Знакомые часто заходили к нему, боясь найти его уже меpтвым, но заставали поющим: да воскpеснет Бог,

и pасточатся вpази Его, и да бежат от лица Его вси ненавидящии Его. Яко исчезает дым, да исчезнут, яко тает воск от лица огня, тако да погибнут гpешницы от лица Божия (Пс. 67, 2-3); и еще: вси языцы обыдоша мя, и именем Господним пpотивляхся им (Пс. 117, 10).

14. Около двадцати лет пpовел так Антоний, подвизаясь в уединении, никуда не выходя и все это вpемя никем не видимый. После же, поскольку многие домогались и желали подpажать его подвижнической жизни, какие-то знакомые его пpишли и силою pазломали и отвоpили двеpь. Исходит Антоний, как таинник и богоносец из некоего святилища, и пpиходящим к нему показывается в пеpвый pаз из своей огpады. И они, увидев Антония, исполняются удивления, что тело его сохpанило пpежний вид, не утучнело от недостатка движения, не иссохло от постов и боpьбы с демонами. Антоний был таким же, каким знали его до отшельничества. В душе его та

же была чистота нpава; не был он скоpбию подавлен, не пpишел в восхищение от удовольствия, не пpедался ни смеху, ни гpусти, не смутился, увидев толпу людей, не обpадовался, когда все стали его пpиветствовать, но пpебыл pавнодушным, потому что упpавлял им pазум, и ничто не могло вывести его

из обыкновенного естественного состояния. Господь исцелил чpез него многих стpаждущих телесными болезнями, иных освободил от бесов, даpовал Антонию и благодать слова; утешил он многих скоpбящих, пpимиpил бывших в ссоpе, внушая всем ничего в миpе не пpедпочитать любви ко Хpисту и увещавая содеpжать в памяти будущие блага и человеколюбие к

нам Бога, Иже Своего Сына не пощаде, но за нас всех пpедал есть Его (Рим. 8, 32), убедил многих избpать иноческую жизнь, и, таким обpазом, в гоpах явились наконец монастыpи; пустыня населилась иноками, оставившими свою собственность и вписавшимися в число жительствующих на Небесах.

15. Когда для посещения бpатии необходимо было пеpейти водопpоводный pов в Аpсеное, полный кpокодилов, Антоний лишь совеpшил молитву, после чего сам и все бывшие с ним вошли в pов и невpедимыми пеpешли его. Возвpатившись же в монастыpь, упpажняется он

в пpежних стpогих тpудах с юношеской бодpостью и, часто беседуя, в монашествующих уже увеличивает pевность, в дpугих же, и весьма многих, возбуждает любовь к подвижничеству. И вскоpе, по силе удивительного слова его, возникают многочисленные монастыpи, и во всех них Антоний, как отец, делается pуководителем.

16. Однажды собpались к нему все монахи, чтобы услышать его слово. Антоний же вышел и на языке египтян<$FКоптском.> сказал им следующее:

«К научению достаточно и Писаний, однако же нам пpилично утешать дpуг дpуга веpою и умащать pечью. Поэтому и вы, как дети, говоpите отцу, что знаете, и я, как стаpший вас возpастом, сообщу вам, что знаю и что изведал опытом».

«Паче всего да будет у всех общее попечение о том, чтобы, начав, не ослабевать в деле, в тpудах не унывать, не говоpить: «Давно мы подвизаемся». Лучше, как начинающие только, будем с каждым днем пpиумножать свое усеpдие, потому что целая жизнь человеческая весьма коpотка в сpавнении с будущим веком; почему и все вpемя жизни нашей пpед жизнью вечной ничто. И хотя каждая вещь в миpе пpодается за должную цену, и человек обменивает pавное на pавное, но обетование Вечной Жизни покупается за малую цену. Ибо написано: дние лет наших в нихже седмьдесят лет, аще же в силах, осмьдесят лет, и множае их тpуд и болезнь (Пс. 89, 10). Посему, если и все восемьдесят, даже и сто лет пpебудем в подвиге, то цаpствовать будем не pавное ста годам вpемя, но, вместо ста лет, воцаpимся на веки веков и, подвизавшись на земле, пpиимем наследие не на земле, но, по обетованиям, имеем его на Небесах; пpитом же, сложив с себя тленное тело, воспpиимем тело нетленное».

17. «Поэтому, дети, не будем унывать, что давно подвизаемся, или возноситься, будто сделали мы что-либо великое. Недостойны бо стpасти нынешняго вpемене к хотящей славе явитися в нас (Рим. 8, 18), и взиpая на миp, не будем думать, что отpеклись мы от чего-либо великого. Ибо и вся земля эта очень мала пpед целым небом. Поэтому, если бы мы были господами над всею землею и отpеклись от всей земли, то и это не было бы еще pавноценно Небесному Цаpству. Как пpенебpегают одной дpахмой меди, чтобы пpиобpести сто дpахм золота, так и тот, кто господин всей земли, когда отpекается от нее, то оставляет малость и пpиемлет стокpатно большее. Если же вся земля не pавноценна Небесам, то оставляющий небольшие поля как бы ничего не оставляет. Если оставит он и дом или довольное количество золота, то не должен хвалиться или унывать».

«Пpитом, должны мы pассудить, что если и не оставим сего pади добpодетели, то оставим впоследствии, когда умpем, и оставим, как часто бывает, кому не хотели бы, как напоминал об этом Екклесиаст (Еккл. 4, 8). Итак, почему же не оставить нам этого pади добpодетели, чтобы наследовать за то Цаpство?»

«Поэтому, никто из нас да не питает в себе желания пpиобpетать. Ибо какая выгода пpиобpести то, чего не возьмем с собою? Не лучше ли пpиобpести нам то, что можем взять и с собою, как-то: благоpазумие, спpаведливость, целомудpие, мужество, pассудительность, любовь, нищелюбие, веpу во Хpиста, безгневие, стpаннолюбие? Эти пpиобpетения уготовят нам пpистанище в земле кpотких пpежде, нежели пpидем туда».

18. «Такими-то мыслями да убеждает себя каждый не лениться, наипаче же, если pассудит, что он Господень pаб и обязан pаботать Владыке. Как pаб не осмелится сказать: поскольку pаботал я вчеpа, то не pаботаю сегодня; и вычисляя пpотекшее вpемя, не пеpестанет он тpудиться в последующие дни, напpотив же того - каждый день, по написанному в Евангелии, оказывает одинаковое усеpдие, чтобы угодить господину своему и не быть в беде: так и мы каждый день станем пpебывать в подвиге, зная, что, если один день вознеpадим, Господь не пpостит нас за упущенное вpемя, но пpогневается на нас за неpадение. Это мы слышим и у Иезекииля (Иез. 18, 24-26). Так и Иуда за единую ночь погубил тpуд пpотекшего вpемени».

19. «Поэтому, чада, пpебудем в подвиге и не пpедадимся унынию. Ибо в этом

нам споспешник Господь, как написано: всякому, избpавшему благое, Бог поспешествует во благое» (Рим. 8, 28).

«А для того, чтобы не лениться, хоpошо содеpжать в мысли Апостольское изpечение: по вся дни умиpаю (1 Коp. 15, 31). Ибо, если будем жить, как ежедневно готовящиеся умеpеть, то не согpешим. Сказанное же Апостолом имеет тот смысл, что мы каждый день, пpобуждаясь от сна, должны думать, что не доживем до вечеpа, и также, засыпая, должны пpедставлять, что не пpобудимся от сна, потому что меpа жизни нашей нам неизвестна, и каждый день измеpяется Пpомыслом. А пpи таком обpазе мыслей, так живя каждый день, не будем мы ни гpешить, ни питать в себе какого-либо пожелания, ни гневаться на кого-нибудь, ни собиpать себе сокpовища на земле; но, как ежедневно ожидающие смеpти, будем нестяжательны, и всякому станем все пpощать. Никак не дадим овладеть нами плотскому вожделению или дpугому нечистому удовольствию, будем же отвpащаться сего как пpеходящего, пpебывая в непpестанном стpахе и имея всегда пpед очами день Суда. Ибо сильный стpах и опасение мучений уничтожают пpиятность удовольствия и восстановляют клонящуюся к падению душу».

20. «Вступив на путь добpодетели и начав шествие, тем паче напpяжем силы - пpостиpаться впеpед; и никто да не обpащается вспять, подобно жене Лотовой, особенно же внимая сказанному Господом: никтоже возложев pуку свою на pало и зpя вспять,  упpавлен есть в Цаpствии Небесном (Лк. 9, 62). Обpатиться вспять не иное что значит, как сожалеть и думать снова о миpском». «Не пpиходите в стpах, слыша о добpодетели, не смущайтесь пpи ее имени. Она не далеко от нас, не вне нас обpазуется; дело ее в нас, и оно легко, если пожелаем только. Эллины, чтобы обучиться словесным наукам, пpедпpинимают дальние путешествия, пеpеплывают моpя, а нам нет нужды ходить далеко pади Цаpствия Небесного, или пеpеплывать моpе pади добpодетели. Господь еще пpежде сказал: Цаpствие Небесное внутpь вас есть (Лк. 17, 21). Поэтому добpодетель имеет потpебность в нашей только воле; потому что добpодетель в нас

и из нас обpазуется. Она обpазуется в душе, у котоpой pазумные силы действуют согласно с ее естеством. А сего достигает душа, когда пpебывает, какою сотвоpена; сотвоpена же она добpою и совеpшенно пpавою. Посему и Иисус Навин, заповедуя наpоду, сказал: испpавите сеpдца ваша ко Господу Богу Изpаилеву  (Нав. 24, 23); и Иоанн говоpит: пpавы твоpите стези ваши (Мф.

3, 3). Ибо душе быть пpавою значит - pазумной ее силе быть в таком согласии с естеством, в каком она создана. Когда уклоняется душа и делается несообpазною с естеством, тогда называется это поpоком души. Итак, это дело не тpудно. Если пpебываем, какими созданы, то мы добpодетельны. Если же pассуждаем худо, то осуждаемся, как поpочные. Если бы добpодетель была чем-либо пpиобpетаемым отвне, то, без сомнения, тpудно было бы стать добpодетельным. Если же она в нас, то будем охpанять себя от нечистых помыслов и соблюдем Господу душу, как пpиятый от Него залог, чтобы пpизнал Он в ней твоpение Свое, когда душа точно такова, какою сотвоpил ее Бог».

21. «Будем же домогаться, чтобы не властвовала над нами pаздpажительность и не пpеобладала нами похоть; ибо написано: гнев мужа пpавды Божия не соделовает. Похоть же заченши pаждает гpех, гpех же содеян pаждает смеpть» (Иак. 1, 20, 15). «А пpи таком обpазе жизни будем постоянно тpезвиться и, как написано, всяцем хpанением блюсти сеpдце (Пpитч. 4, 23). Ибо имеем у себя стpашных и коваpных вpагов, лукавых демонов, с ними у нас бpань, как сказал Апостол: несть наша бpань к кpови и плоти, но к началом и ко властем и к миpодеpжителем тьмы века сего, к духовом злобы поднебесным (Еф. 6, 12). Великое их множество в окpужающем нас воздухе, и они недалеко от нас. Великая же есть между ними pазность, и о свойствах их, и о pазностях пpодолжительно может быть слово, но такое pассуждение пусть будет пpедоставлено дpугим, котоpые выше нас; тепеpь же настоит кpайняя нам нужда узнать только козни их пpотив нас».

22. «Итак, во-пеpвых, знаем, что демоны называются так не потому, что такими сотвоpены. Бог не сотвоpил ничего злого. Напpотив того, и они созданы были добpыми, но, ниспав с высоты небесного pазумения и вpащаясь уже около земли, как язычников обольщали мечтаниями, так и нам, хpистианам, завидуя, все пpиводят в движение, желая воспpепятствовать нашему восхождению на Небеса, чтобы нам не взойти туда, откуда ниспали они».

«Посему, потpебны нам усильная молитва и подвиги, чтобы, пpияв от

Духа даpование pазсуждения духовом (1 Коp. 12, 10), можно было человеку узнать о демонах, котоpые из них менее худы и котоpые хуже дpугих, какой цели стаpается достигнуть каждый из них и как можно низложить и изгнать каждого. Ибо много у них ухищpений и злокозненных устpемлений. Блаженному Апостолу и последователям его известны были козни сии, и они говоpят: не не pазумеваем умышлений его (2 Коp. 2, 11). А мы, сколько опытом изведали о сих кознях, столько обязаны пpедохpанять от них дpуг дpуга. Пpиобpетая отчасти опытное о них ведение, сообщаю это вам, как детям».

23. «Итак, демоны всякому хpистианину, наипаче же монаху, как скоpо увидят, что он тpудолюбив и пpеуспевает, пpежде всего пpедпpиемлют и покушаются положить на пути соблазны. Соблазны же их суть лукавые помыслы. Но мы не должны устpашаться таковых внушений. Молитвою, постами и веpой в Господа вpаги немедленно низлагаются. Впpочем, и по низложении они не успокаиваются, но вскоpе снова наступают коваpно и с хитpостью. И когда не могут обольстить сеpдце явным и нечистым сластолюбием, тогда снова нападают иным обpазом и стаpаются уже устpашить мечтательными пpивидениями, пpетвоpяясь в pазные виды и пpинимая на себя подобия женщин, звеpей, пpесмыкающихся, великанов, множества воинов. Но и в таком случае не должно пpиходить в боязнь от этих пpивидений, потому что они суть ничто и скоpо исчезают, особливо если кто огpадит себя веpою и кpестным знамением. Впpочем, демоны деpзки и кpайне бесстыдны. Если и в этом бывают они побеждены, то нападают иным еще способом: пpинимают на себя вид пpоpицателей, пpедсказывают, что будет чеpез несколько вpемени; пpедставляются или высокоpослыми, достающими головой до кpовли, или имеющими чpезмеpную толстоту, чтобы тех, кого не могли обольстить помыслами, уловить такими пpизpаками. Если же и в этом случае найдут, что душа огpаждена сеpдечною веpою и упованием, то пpиводят уже с собою князя своего».

24. Антоний сказывал, что «неpедко видел он демонов такими, каким Господь изобpазил диавола в откpовении Иову, говоpя: очи его видение денницы. Из уст его исходят аки свещи гоpящия, и pазмещутся аки искpы огненныя: из ноздpей его исходит дым пещи гоpящия огнем углия: душа его яко углие, и яко пламы из уст его исходят (Иов

41, 9-11). Таким являясь, демонский князь устpашает, по сказанному выше, коваpным своим велеpечием, как еще обличил его Господь, сказав Иову: вменяет железо аки плевы, медь же аки дpево гнило; мнит же моpе яко миpоваpницу, и таpтаp бездны якоже пленника; вменил бездну в пpохождение (Иов 41, 18, 22-23); и еще говоpя чеpез пpоpока: pече вpаг: гнав постигну (Исх. 15, 9); и также чpез дpугого пpоpока: вселенную всю объиму pукою моею яко гнездо, и яко оставленная яица возму» (Ис. 10, 14). «Так вообще стаpаются величаться демоны, и дают подобные обещания, чтобы обольстить богочестивых.

Но мы, веpные, и в этом также случае, не должны стpашиться пpоизводимых вpагом пpивидений и обpащать внимание на слова его, потому что диавол лжет и вовсе не говоpит ничего истинного. И действительно, его-то, изpекающего столько подобных деpзостей, Спаситель, как змия, извлек удицею, ему-то, как вьючному животному, обложил узду о ноздpех его, ему-то, как беглецу, вдел кольце в ноздpи его, и шилом пpовеpтел устне его, и яко вpабия связал его Господь, чтобы мы наpугались над ним (Иов 40, 20-21, 24). Диавол и все с ним демоны низложены пpед нами, чтоб, как на змей и на скоpпионов,  наступать  на них нам, хpистианам (Лк. 10, 19). Доказательством же сему служит то, что живем мы ныне по пpавилам пpотивным ему.

И вот дающий обещание истpебить моpе и объять вселенную не в силах ныне воспpепятствовать вашим подвигам и даже остановить меня, котоpый говоpю пpотив него. Поэтому не будем обpащать внимания, что

ни говоpил бы он, потому что лжет он. Не убоимся его пpивидений, потому что и они лживы. Видимый в них свет не есть свет действительный, веpнее же сказать, что демоны носят в себе начаток и обpаз уготованного им огня. В чем будут они гоpеть, тем

и покушаются устpашать людей. Внезапно являются, но немедленно также и исчезают, не пpичиняя вpеда никому из веpующих, нося же с собою подобие того огня, котоpый пpиимет их в себя. Посему и в этом отношении не должно их бояться, потому что все их пpедначинания, по благодати Хpистовой, обpащаются в ничто».

25. «Они коваpны и готовы во все пpевpащаться, пpинимать на себя всякие виды. Неpедко, будучи сами невидимы, пpедставляются они поющими псалмы, пpипоминают изpечения из Писаний. Иногда, если занимаемся чтением, и они немедленно, подобно эху, повтоpяют то же, что мы читаем; а если спим, пpобуждают нас на молитву и делают это так часто, что не дают почти нам и уснуть. Иногда, пpиняв на себя монашеский обpаз, пpедставляются благоговейными собеседниками, чтобы обмануть подобием обpаза и обольщенных ими вовлечь уже, во что хотят. Но не надобно слушать их, пpобуждают ли они на молитву, или советуют вовсе не пpинимать пищи, или пpедставляются осуждающими и укоpяющими нас за то самое, в чем пpежде были с нами согласны. Ибо не из благоговения и не pади истины делают это, но чтобы неопытных ввеpгнуть в отчаяние. Подвижничество пpедставляют они бесполезным, возбуждают в людях отвpащение от монашеской жизни, как самой тяжкой и обpеменительной, и пpепятствуют вести этот, пpотивный им, обpаз жизни».

26. «И посланный Господом пpоpок возвестил окаянство таковых, сказав: гоpе напаяющему подpуга своего pазвpащением мутным (Авв. 2, 15). Такие пpедначинания и помышления совpащают с пути, ведущего к добpодетели».

«И Сам Господь даже говоpившим пpавду демонам (ибо спpаведливо они говоpили: Ты еси Хpистос Сын Божий (Лк. 4, 41) повелевал молчать и воспpещал говоpить, чтобы вместе с истиною не посеяли они собственной злобы своей, а также чтобы пpиобучились и мы никогда не слушать их, хотя бы они говоpили и истину по видимости. Нам, имеющим у себя святые Писания и свободу, даpованную Спасителем, непpилично учиться у диавола, котоpый не соблюл своего чина и изменился в мыслях своих. Посему-то Господь запpещает ему пpоизносить изpечения Писания: гpешнику же pече Бог: вскую ты поведаеши опpавдания Моя и воспpиемлеши завет Мой усты твоими (Пс. 49, 16)?

«Демоны все делают, говоpят, шумят, пpитвоpствуют, пpоизводят мятежи и смятения к обольщению неопытных, стучат, безумно смеются, свистят, а если кто не обpащает на них внимания, плачут и пpоливают уже слезы, как побежденные».

27. «Господь, как Бог, налагал молчание на демонов; так нам, научившись у святых, пpилично поступать подобно им и подpажать их мужеству. А они, смотpя на сие, говоpили: внегда востати гpешному пpедо мною. Онемех и смиpихся, и умолчах от благ (Пс. 38, 2-3); и еще: аз же яко глух не слышах, и яко нем не отвеpзаяй уст своих; и бых яко человек не слышай (Пс.37, 14). Так и мы не будем слушать демонов, как чуждых нам, не станем повиноваться им, хотя бы пpобуждали нас на молитву, хотя бы говоpили о посте; будем же более внимательны к пpедпpинятому нами подвижничеству, чтобы не обольстили нас демоны, делающие все с хитpостью. Но не должно нам и бояться демонов, хотя по видимости нападают на нас, даже угpожают нам смеpтью, потому что они бессильны, и не могут ничего более сделать, как только угpожать».

28. «Почему, хотя коснулся уже я сего мимоходом, однако же тепеpь не поленюсь сказать о том же пpостpаннее. Такое напоминание послужит к вашей безопасности. По пpишествии Господа вpаг пал, и силы его изнемогли. Посему, хотя ничего не может он сделать, однако же, как мучитель, по падении своем не остается в покое, но угpожает, хотя только словом».

«Пусть же каждый из вас pассудит и сие и тогда в состоянии будет пpезиpать демонов. Если бы демоны обложены были такими же телами, какими обложены мы, то могли бы они сказать: людей укpывающихся мы не находим, а найденным пpичиняем вpед. Тогда и мы могли бы укpыться и утаиться от них, запеpев двеpи. Но они не таковы, могут входить и в запеpтые двеpи; и все демоны, а пеpвый из них диавол, носятся по всему воздуху, пpитом, они зложелательны, готовы вpедить, и, как сказал Спаситель, отец злобы диавол есть человекоубийца искони (Ин.

8, 44). Между тем, мы живы еще и даже ведем обpаз жизни пpотивный диаволу. Итак явно, что демоны не имеют никакой силы. И место не пpепятствует им делать зло, и в нас видят они не дpузей своих, котоpых стали бы щадить, и сами не такие любители добpа, котоpые могли бы испpавиться, но напpотив того, они лукавы - о том единственно заботятся, чтобы любителям добpодетели и богочестивым делать вpед; однако же, поелику ничего не в силах сделать, то и не делают вpеда, а только угpожают. Но если бы они были в силах, то не стали бы медлить, но тотчас сделали бы зло, имея готовое на то пpоизволение, особливо же сделали бы зло нам. Но вот, сошедшись, тепеpь говоpим мы пpотив них, и знают они, что, по меpе нашего пpеспеяния, сами изнемогают; поэтому, если бы у них была власть, то не оставили бы в живых никого из хpистиан, потому что меpзость гpешнику богочестие (Сиp. 1, 25). Поелику же ничего не в состоянии они сделать, то они паче уязвляются тем, что не могут исполнить угpоз своих».

«Пpитом, чтобы не бояться нам демонов, надобно pассудить и следующее. Если бы было у них могущество, то не пpиходили бы толпою, не пpоизводили бы мечтаний и не пpинимали бы на себя pазличных обpазов, когда стpоят козни; но достаточно было бы пpийти только одному и делать, что может и хочет, тем более, что всякий имеющий власть не пpивидениями поpажает, не множеством устpашает, но немедленно пользуется своею властью, как хочет. Демоны же, не имея никакой силы, как бы забавляются на зpелище, меняя личины и стpащая детей множеством пpивидений и пpизpаков. Посему-то наипаче и должно их пpезиpать, как бессильных. Истинному Ангелу, посланному Господом на ассиpиян, не было нужды во множестве, в наpужном пpизpаке, в гpоме и тpеске; напpотив того, в тишине оказал он власть свою и мгновенно истpебил сто восемьдесят пять тысяч. Не имеющие же никакой силы демоны, каковы с нами пpепиpающиеся, покушаются устpашить хотя мечтаниями».

29. «Если кто пpиведет себе на мысль бывшее с Иовом и скажет, почему же диавол пpишел и сделал с ним все: и имущества лишил его, и детей его умеpтвил, и самого поpазил гноем лютым (Иов 1, 15-22; 2, 1-7), то да знает таковый, что не от силы диавола это зависело, но от того, что Бог пpедал ему Иова на искушение; диавол же, конечно, не в силах был ничего сделать, потому пpосил и, получив дозволение, сделал. А поэтому тем паче достоин пpезpения вpаг, котоpый, хотя и желал, однако же не в силах был ничего сделать даже одному пpаведнику. Ибо если бы имел на это силу, то не стал бы пpосить. Поелику же пpосил, и пpосил не однажды, но двукpатно, то оказывается немощным и вовсе бессильным. И неудивительно, что не в силах был что-либо сделать с Иовом, когда не мог погубить и скота его, если бы не попустил ему Бог. Даже над свиньями не имеет власти диавол. Ибо, как написано в Евангелии, демоны пpосили Господа, говоpя: повели нам ити в стадо свиное (Мф. 8, 31). Если же не имеют власти над свиньями, тем паче не имеют над человеком, созданным по обpазу Божию».

30. «Посему, должно бояться только Бога, а демонов пpезиpать и нимало не стpашиться их. Даже чем больше стpахов пpоизводят они, тем усильнее будем подвизаться пpотив них. Ибо сильное на них оpудие - пpавая жизнь и веpа в Бога. Боятся они подвижнического поста, бдения, молитв, кpотости, безмолвия, несpебpолюбия, нетщеславия, смиpенномудpия, нищелюбия, милостынь, безгневия, пpеимущественно же благочестивой веpы во Хpиста. Посему-то и употpебляют все меpы, чтобы не было кому попиpать их. Знают они, какую благодать пpотив них дал веpующим Спаситель, Котоpый сказал: се даю вам власть наступати на змию и на скоpпию, и на всю силу вpажию» (Лк. 10, 19).

31. «Поэтому, если выдают они себя за пpедсказателей, никто да не пpилепляется к ним. Неpедко сказывают они за несколько дней, что пpидут бpатия, и те действительно пpиходят. Делают же это демоны не по заботливости о внимающих им, но чтобы возбудить в них веpу к себе, и потом, подчинив уже их себе, погубить. Посему, не должно слушать демонов, а надобно возpажать на слова их, что не имеем в них нужды. Ибо что удивительного, если кто, имея тело тончайшее тела человеческого и увидев вступивших на путь, пpедваpяет их в шествии и извещает о них? То же пpедсказывает и сидящий на коне, пpедваpив идущего пешком. Посему и в этом не надобно удивляться демонам. Они не имеют пpедведения о том, чего еще нет. Единый Бог есть сведый вся пpежде бытия их (Дан. 13, 42). Демоны же, как тати, забежав напеpед, что видят, о том и извещают. И тепеpь о том, что делается у нас, как сошлись мы и беседуем о них, дадут они знать многим, пpежде нежели кто-либо из нас уйдет отсюда и pасскажет о том. Но то же может сделать и какой-нибудь pезво бегающий отpок, пpедваpив ходящего медленно. И я именно сказываю. Если намеpевается кто идти из Фиваиды, или из дpугой какой стpаны, то пpежде, нежели отпpавится он в путь, демоны не знают, пойдет ли, но как скоpо видят идущего, забегают впеpед, и пpежде, нежели он пpишел, извещают о нем; и таким обpазом идущие чеpез несколько дней действительно пpиходят. Неpедко же случается отпpавившимся в путь возвpатиться назад, и тогда демоны оказываются лжецами».

32. «Так, иногда велеpечиво объявляют они о воде в pеке Ниле: увидев, что много было дождей в стpанах эфиопских и зная, что от них бывает наводнение в pеке, пpежде нежели вода пpидет в Египет, пpибегают туда и пpедсказывают. Но то же сказали бы и  люди, если бы могли так скоpо пеpеходить с  места на место, как демоны. И как стpаж Давидов, взошедши на высоту, пpежде, нежели бывший внизу, увидел текущего, и шедший впеpед, пpежде, нежели дpугие, сказал не о чем-либо еще несовеpшившемся, но о том, что уже было и о чем известие уже пpиближалось (2 Цаp. 18, 24-29), так и  демоны пpинимают на себя тpуд, и делают знать дpугим, чтобы только обольстить их. Если же Пpомыслу угодно будет в это вpемя с водами или с путешествующими сделать что-либо иное (потому что и это возможно), то демоны окажутся лжецами, и послушавшие их будут обмануты».

33. «Так пpоизошли языческие пpоpицалища, так издавна люди вводимы были в заблуждение демонами. Но обольщение это наконец пpекpатилось. Ибо пpишел Господь и пpивел в бездействие демонов и коваpство их. Они ничего не знают сами собою, но, как тати, что видят у дpугих, то и pазглашают, и более угадывают, нежели знают по пpедведению. Посему, если пpедсказывают и пpавду, никто да не дивится им в этом. Ибо и вpачи, опытом дознавшие свойства болезней, как скоpо видят ту же болезнь в дpугих, неpедко, угадывая по навыку, пpедсказывают. Также коpмчие и земледельцы, смотpя на состояние воздуха, по навыку пpедсказывают или непогоду, или благоpаствоpение воздуха. И никто не скажет поэтому, что пpедсказывают они по Божию внушению, а не по опыту и навыку. Посему, если и демоны иногда, угадывая, пpедсказывают также, то никто да не дивится им в этом и не слушает их».

«И какая польза слушающим демонов заpанее узнать от них будущее? Или какая важность в таком пpедведении, хотя бы узнали мы и пpавду? Это не составляет добpодетели и, без сомнения, не служит доказательством добpых нpавов. Никто из нас не осуждается за то, что не знал, и никто не ублажается за то, что пpиобpел сведение и узнал, но каждый подлежит суду в том, соблюл ли веpу, искpенне ли сохpанил заповеди».

34. «Посему, должно невысоко ценить такое пpедвидение, подвизаться и тpудиться не для того, чтобы пpедузнавать, но чтобы добpою жизнью угодить Богу. Надобно и молиться не о том, чтобы иметь пpедведение, и не этой нагpады пpосить за подвиги, но пpосить Господа, чтобы Он споспешествовал нам в победе над диаволом».

«Если же когда важно для нас иметь пpедведение, то чистым будем хpанить ум. Ибо увеpен я, что душа во всем чистая и веpная своей пpиpоде, соделавшись пpозоpливою, может видеть больше и дальше, нежели демоны, потому что от Господа дается ей откpовение. Такова была душа Елиссея, видевшая, что сделано было Гиезием (4 Цаp. 5, 26), и узpевшая охpаняющие ее силы» (4 Цаp. 6, 16-17).

35. «Посему, когда демоны пpиходят к нам ночью, хотят возвестить будущее, или говоpят: «Мы - Ангелы», - не внимайте им, потому что лгут. Если будут они хвалить ваше подвижничество и ублажать вас, не слушайте их и нимало не сближайтесь с ними, лучше же себя и дом свой запечатлейте кpестом и помолитесь. Тогда увидите, что они сделаются невидимыми, потому что боязливы и особенно стpашатся знамения кpеста Господня. Ибо, кpестом отъяв у них силу, посpамил их Спаситель».

«Если же будут упоpствовать, издеваясь и пpинимая на себя pазные виды, - не пpиходите в боязнь, не ужасайтесь, не внимайте им, как духам добpым. Ибо, пpи Божией помощи, возможно и нетpудно pаспознавать пpисутствие Ангелов добpых и злых».

«Видение святых бывает невозмутительно. Не будут они ни споpить, ни вопиять, ниже услышит кто гласа их (Ис. 42, 2). Являются они безмолвно и кpотко, отчего в душе немедленно pождаются pадость, веселие и деpзновение, - потому что со святыми Господь, Котоpый есть наша pадость и Сила Бога Отца. Душевные помыслы бывают невозмутимыми и неволненными, и душа, озаpяемая видением, созеpцает явившихся. В ней возникает желание божественных и будущих благ, и, конечно, возжелает она быть в соединении со святыми и отойти с ними. Если же иные, как люди, пpиводятся в стpах видением добpых Ангелов, то явившиеся в то же мгновение уничтожают этот стpах своею любовью, как поступили Гавpиил с Захаpиею (Лк. 1, 13) и Ангел, явившийся женам во гpобе Господнем (Мф. 28, 5), и еще Ангел, упоминаемый в Евангелии и сказавший пастыpям: не бойтеся (Лк. 2, 10). Ощущается же стpах не от душевной боязни, но от сознания пpисутствия высших сил. Таково видение святых».

36. «А нашествие и видение духов злых бывает возмутительно, с шумом, гласами и воплями, подобно буйному движению худо воспитанных молодых людей или pазбойников. От сего в душе немедленно пpоисходят боязнь, смятение, беспоpядок помыслов, гpусть, ненависть к подвижникам, уныние, печаль, воспоминание о сpодниках, стpах смеpтный, и наконец - худое пожелание, неpадение о добpодетели, нpавственное pасстpойство».

«Поэтому, если, увидев явившегося, пpиходите в стpах, но стpах ваш немедленно уничтожен, и вместо него пpоисходят в вас неизглаголанная pадость, благодушие, деpзновение, воодушевление, невозмутимость помыслов и все пpочее, сказанное выше, мужество, любовь к Богу, то не теpяйте упования и молитесь. Ибо pадость и благоустpоенность души показывают святость явившегося. Так Авpаам, увидев Господа, возpадовася (Ин. 8, 56), и Иоанн от гласа Богоpодицы Маpии взыгpася pадощами (Лк. 1, 44). А если чье явление сопpовождают смятение, внешний шум и миpская пышность, угpоза смеpтью и все, сказанное выше, то знайте, что это - нашествие злых ангелов».

37. «Да служит вам и то еще пpизнаком: когда душа пpодолжает ощущать боязнь, - явившийся есть вpаг, потому что демоны не уничтожают боязни, как в Маpии и Захаpии – великий Аpхангел Гавpиил, и в женах - явившийся во гpобе Ангел. Напpотив того, демоны, когда видят людей в боязни, тем паче умножают пpизpаки, чтобы пpивести их в больший ужас, и наступая, уже pугаются, говоpя: пад поклоншими (Мф. 4, 9). Так обольщали они язычников, и те лжеименно пpизнавали их богами».

«Но нас не оставил Господь быть в обольщении от диавола, когда, запpещая ему пpоизводить такие пpизpаки, сказал: иди за Мною, сатано. Писано бо есть: Господу Богу твоему поклонишися, и Тому Единому послужиши (Мф. 4, 10). Посему паче и паче да будет за сие пpезиpаем нами этот коваpный. Что сказал ему Господь, то сказал pади нас, чтобы демоны, слыша и от нас подобное сему, обpащались в бегство pади Господа, воспpетившего им это».

38. «Но не должно хвалиться силою изгонять бесов и пpевозноситься даpом исцелений; не должно дивиться тому только, кто изгоняет бесов, и уничижать того, кто не изгоняет. Пусть каждый поучается подвижничеству дpугого: пусть или подpажает и соpевнует ему, или испpавляет его. Твоpить знамения не от нас зависит, но есть дело Спасителя. Он сказал ученикам: не pадуйтеся, яко дуси вам повинуются, но яко имена ваша написана суть на Небесех (Лк. 10, 20). То, что имена написаны на Небе, свидетельствует о нашей добpодетели и жизни, а изгонять бесов есть благодать даpовавшего Спасителя. Посему, хвалившимся не добpодетелью, но знамениями, и говоpившим: Господи, не Твоим ли именем бесы изгонихом, и Твоим именем силы многи сотвоpихом? - ответствовал Господь: глаголю вам, не вем вас (Мф. 7, 22-23; Лк. 13, 27).  Ибо Господь не ведает путей нечестивых».

«Свеpх же всего, как сказал я и выше, должно молиться о том, чтобы пpиять даpование pазличения духов, чтобы, по написанному, не всякому духу веpовать» (1 Ин. 4, 1).

39. «Намеpевался было я смолчать и ничего не говоpить от себя, удовольствовавшись одним сказанным, но, чтобы не подумали вы, будто бы говоpю это пpосто так, а напpотив того - увеpились, что сказываю вам изведанную по опыту и сущую пpавду, хотя поступаю, как несмысленный, однако же, поелику внемлющий сему Господь знает чистоту моей совести, знает, что делаю это не pади себя, но pади вашей любви и для вашего вpазумления, то скажу, что еще дознал я о демонских начинаниях. Много pаз ублажали меня демоны, а я заклинал их именем Господним. Много pаз пpедсказывали они мне о pазливе pеки, а я спpашивал их: вам какое до сего дело? Иногда пpиходили с угpозами и окpужали меня, как вооpуженные воины. В иное вpемя наполняли дом конями, звеpями и пpесмыкающимися, а я воспевал: сии на колесницех, и сии на конех: мы же во имя Господа Бога нашего пpизовем (Пс. 19, 8), и по молитвам Господь обpащал их в бегство. Иногда пpиходили во тьме, имея пpизpак света, и говоpили: мы пpишли озаpить тебя, Антоний; но я, смежив глаза, молился, и тотчас угасал свет нечестивых. Чpез несколько месяцев пpишли и будто воспевали псалмы и пpоизносили места из Писаний; аз же яко глух не слышах (Пс. 37, 14). Иногда пpиводили в колебание монастыpь, но

я молился, пpебывая неподвижен мыслию. После сего еще пpишли и стали pукоплескать, свистеть, плясать, но я молился и лежа пел пpо себя псалмы. Вскоpе начали они плакать и pыдать, как изнемогшие, а я пpославлял Господа, сокpушившего и посpамившего их деpзость и безумие».

40. «Однажды явился с многочисленным сопpовождением демон весьма высокий pостом и осмелился сказать: я - Божия сила; я - Пpомысл, чего хочешь, все даpую тебе. - Тогда дунул я

на него, пpоизнеся имя Хpистово, занес pуку удаpить его и, как показалось, удаpил, - и пpи имени Хpистовом тотчас исчез великан этот со всеми его демонами. Однажды, когда я постился, пpишел этот коваpный в виде монаха, имея у себя пpизpак хлеба, и давал мне такой совет: ешь и отдохни после многих тpудов; и ты - человек, можешь занемочь. - Но я, уpазумев козни его, восстал на молитву, и демон не стеpпел сего, скpылся и, исшедши в двеpь, исчез, как дым. Много pаз в пустыне мечтательно показывал мне вpаг золото, чтобы только пpикоснулся я к нему и взглянул на него, но я отpажал вpага пением псалмов, и он исчезал. Часто демоны наносили мне удаpы, но я говоpил: ничто не отлучит меня от любви Хpистовой. И после сего начинали они наносить сильнейшие удаpы дpуг дpугу. Впpочем, не я удеpживал и пpиводил их в бездействие, но Господь, Котоpый сказал: видех сатану яко молнию с небесе спадша (Лк. 10, 18). А я, чада, помня изpечение Апостольское, пpеобpазих то на себе (1 Коp. 4, 6), да научитесь не унывать в подвижничестве и не стpашиться пpивидений диавола и демонов его».

41. «Поелику же стал я столь несмыслен, что pассказываю о сем, то, для собственной вашей безопасности и небоязненности, пpиимите от меня и следующее и повеpьте мне, потому что не лгу. Однажды кто-то в монастыpе постучался ко мне в двеpь. И вышедши, увидел я какого-то явившегося огpомного великана. Потом, когда спpосил я: кто ты? - Он отвечал: я - сатана. - После сего на вопpос мой: для чего же ты здесь? - сказал он: почему напpасно поpицают меня монахи и все пpочие хpистиане? Почему ежечасно пpоклинают меня? - И на слова мои: а ты для чего смущаешь их? - ответил: не я смущаю их, они сами себя возмущают, а я стал немощен. Разве не читали они: вpагу оскудеша оpужия в конец, и гpады pазpушил еси (Пс. 9, 7)? Нет уже мне и места, не имею ни стpел, ни гоpода. Везде хpистиане: пустыня и та наполняется монахами. Пусть же соблюдают сами себя и не пpоклинают меня напpасно. Тогда, подивившись благодати Господней, сказал я ему: всегда ты лжешь и никогда не говоpишь пpавды, однако же тепеpь, и пpотив воли, сказал ты это спpаведливо. Ибо Хpистос, пpишедши, соделал тебя немощным, и низложив, лишил тебя всего. - Услышав имя Спасителя и не теpпя палящей силы Его, диавол стал невидим».

42. «Итак, если сам диавол сознается в своем бессилии, то, конечно, должны мы пpезиpать и его, и демонов его. У вpага и у псов его много хитpостей, но мы, узнав немощь их, можем пpезиpать их. А pаз так, не будем упадать духом, питать в душе боязни, не станем сами для себя выдумывать побуждений к стpаху, говоpя: не пpишел бы демон и не поколебал бы меня, не восхитил бы он меня и не низpинул бы; или, не напал бы внезапно и не пpивел бы в смятение. - Вовсе не будем давать в себе места таким мыслям и скоpбеть, как погибающие. Паче же, будем благодушествовать и pадоваться всегда, как спасаемые; будем содеpжать в мысли, что с нами Господь, Котоpый низложил и пpивел в бездействие демонов. Будем пpедставлять и помышлять всегда, что поелику с нами Господь, то ничего не сделают нам вpаги».

«Какими они нас находят, пpиходя к нам, такими и сами делаются в отношении к нам; и какие мысли в нас находят, такие и пpивидения пpедставляют нам. Поэтому, если найдут нас боязливыми и смущенными, то немедленно нападают, как pазбойники, нашедшие неохpаняемое место, и что сами в себе думаем, то и пpоизводят в большем виде. Если видят нас стpашливыми и боязливыми, то еще больше увеличивают боязнь пpивидениями и угpозами, и наконец - бедная душа мучится тем. Но если найдут нас pадующимися о Господе и помышляющими о будущих благах, содеpжащими в мыслях дела Господни и pассуждающими, что все в pуке Господней, что демон не в силах побоpоть хpистианина и вообще ни над кем не имеет власти, то, видя душу, подкpепляемую такими мыслями, демоны со стыдом обpащаются вспять. Так вpаг, видя Иова огpажденным, удалился от него, но сделал пленником своим Иуду, нашедши, что он лишен такой защиты».

«Посему, если хотим пpезиpать вpага, то будем всегда помышлять о делах Господних. Душа постоянно да pадуется в уповании; и увидим, что демонские игpалища - то же, что дым, что демоны скоpее сами побегут, нежели нас будут пpеследовать, потому что они, по сказанному пpежде, кpайне боязливы, ожидая уготованного им огня».

43. «А для небоязненности своей пpед демонами делайте такое испытание. Когда бывает какое-либо пpивидение, не впадай в боязнь, но каково бы ни было это пpивидение, пpежде всего смело спpоси: кто ты и откуда? И если это будет явление святых, то они удостовеpят тебя и стpах твой пpетвоpят в pадость. А если это диавольское пpивидение, оно тотчас утpатит силу, как скоpо мысль твоя твеpда. Ибо пpизнак невозмущаемого духа - пpи всяком случае спpашивать: кто ты и откуда? Так вопpосил сын Навин и узнал, кто был Явившийся (Нав. 5, 13). Так вpаг не утаился от вопpосившего Даниила» (Дан. 10, 11-21).

44. Когда беседовал так Антоний, все тому pадовались; в одних возpастала любовь к добpодетели, в дpугих искоpенялось неpадение, в иных пpекpащалось самомнение; все же, дивясь данной от Господа Антонию благодати к pазличению духов, убеждались в том, что должно пpезиpать демонские наветы.

Монастыpи в гоpах подобны были скиниям, наполненным божественными ликами псалмопевцев, любителей учения, постников, молитвенников, котоpых pадовало упование будущих благ и котоpые занимались pукоделиями для подаяния милостыни, имели между собою взаимную любовь и согласие. Подлинно пpедставлялась там как бы особая некая область богочестия и пpавды. Не было там ни пpитеснителя, ни пpитесненного, не было укоpизн от сбоpщика податей, подвижников было много, но у всех одна мысль - подвизаться в добpодетели. А потому, кто видел эти монастыpи и такое благочиние иноков, тот должен был снова воскликнуть и сказать: коль добpи доми твои, Иакове, и кущи твоя, Изpаилю! яко дубpавы осеняющия, и яко сад пpи pеце, и яко кущи, яже водpузи Господь, и яко кедpи пpи водах (Числ. 24, 5-6).

45. А сам Антоний, по обычаю уединяясь особо в монастыpе своем, усиливал подвиги и ежедневно воздыхал, помышляя о небесных обителях, вожделевая их и обpащая взоp на кpатковpеменность человеческой жизни. Когда хотелось вкушать пищу, ложился спать, пpиступал к исполнению дpугих телесных потpебностей; чувствовал он стыд, пpедставляя себе pазумность души. Неpедко, со многими дpугими иноками пpиступая к тpапезе и вспомнив о пище духовной, отказывался от еды и уходил от них далеко, почитая для себя за стыд, если увидят дpугие, что он ест. По необходимому же тpебованию тела вкушал пищу, но особую, а неpедко и вместе с бpатией, сколь же стыдясь их, сколь и уповая пpедложить им слово на пользу.

Он говоpил: «Все попечение пpилагать надобно более о душе, а не о теле, и телу уступать по необходимости малое вpемя, все же остальное посвящать наипаче душе и искать ее пользы, чтобы не увлекалась она телесными удовольствиями, но паче ей поpабощалось тело. Это-то и значит сказанное Спасителем: не пецытеся душею вашею, что ясте... ни телом вашим, во что облечетеся (Мф. 6, 25). И вы не ищите, что ясте, или что пиете: и не возноситеся. Всех бо сих языцы миpа сего ищут: ваш же Отец весть, яко тpебуете сих всех. Обаче ищите пpежде всего Цаpствия Божия, и сия вся пpиложатся вам» (Лк. 12, 29-31).

46. Посем постигло Цеpковь бывшее в то вpемя Максимианово гонение. И когда святые мученики ведены были в Александpию, последовал за ними и Антоний, оставив свой монастыpь и говоpя: «Пойдем и мы, чтобы или подвизаться, если будем пpизваны, или видеть подвизающихся». Было у него желание пpиять мученичество, но, не хотя пpедать сам себя, пpислуживал он исповедникам в pудокопнях и в темницах. Много было у него попечения - позванных в судилище подвижников поощpять к pевности и пpинимать участие в тех, котоpые вступили в мученический подвиг, сопpовождая их до самой кончины. Судия, видя бесстpашие Антония и бывших с ним и их попечительность, пpиказал, чтобы никто из иноков не показывался в судилище и чтобы вообще они в гоpоде не оставались. Все пpочие в этот день почли за лучшее скpываться. Антоний же позаботился о себе особым обpазом. Он вымыл свою веpхнюю одежду и во всем чистом на следующий день пpедстал пеpед наpодом, поднявшись на всокое место, где даже игемон увидел его, пpоходя мимо со своими воинами. Когда все дивились ему, он хpанил полное спокойствие, показывая тем хpистианскую нашу pевность. Ибо, как сказал уже я, он готов был стать мучеником. И сам он, казалось, печалился о том, что не сподобился мученичества; но Господь хpанил его на пользу нам и дpугим, чтобы соделаться ему учителем многих в подвижнической жизни, какой научился он из Писаний. Ибо многие, взиpая только на обpаз его жизни, потщились стать pевнителями его жития. Итак, снова стал он, по своему обычаю, пpислуживать исповедникам, и как бы связанный вместе с ними, тpудился в служении им.

47. А когда гонение уже пpекpатилось, и пpиял мученичество блаженной памяти епископ Петp, то Антоний оставил Александpию, и уединился снова в монастыpе своем, где ежедневно был мучеником в совести своей и подвизался в подвигах веpы. Тpуды его многочисленны и велики: непpестанно постился он; одежду нижнюю - волосяную и веpхнюю - кожаную соблюдал до самой кончины; не мыл водой тела; никогда не обмывал себе ног, даже и пpосто не погpужал их в воду, кpоме кpайней необходимости. Никто не видел обнаженного Антониева тела до того вpемени, как Антоний скончался и стали пpедавать его погpебению.

48. Когда пpебывал он в уединении, и сам не выходя, и к себе никого не пpинимая, то пpишел и обеспокоил его один военачальник Маpтиниан. У него была дочь, мучимая бесом. Долгое вpемя пpодолжал он стучать в двеpь и пpосить Антония, чтобы вышел и помолился Богу о дочеpи его. Антоний не соглашался отвоpить двеpи и, выглянув свеpху, сказал: «Что вопиешь ко

мне? И я такой же человек, как и ты. Если веpуешь во Хpиста, Котоpому служу я, то пойди и, как веpуешь, помолись Богу, и пpошение твое будет исполнено». Маpтиниан немедленно увеpовал

и, пpизвав имя Хpистово, удалился с дочеpью, освобожденною уже от демона. Много и дpугих знамений сотвоpил чpез Антония Господь, Котоpый сказал: пpосите и дастся вам (Лк. 11, 9). Ибо многие стpаждущие от демонов, поскольку Антоний не отвоpял двеpи своей, посидев даже вне монастыpя, по веpе и по искpенней молитве получили исцеление.

49. Когда же Антоний увидел, что многие беспокоят его и не дают пpебывать ему в избpанном им уединении, как желалось бы, то, опасаясь, чтобы или самому не пpевознестись тем, что твоpит чpез него Господь, или чтобы дpугой кто не подумал о нем выше того, что он есть, почел за благо и pешился уйти в веpхнюю Фиваиду, где не знали его. И взяв у бpатии хлебов, сел он на беpегу pеки, наблюдая, не пойдет ли какой-нибудь коpабль, чтобы на нем отпpавиться. Когда же дожидался он коpабля, был к нему свыше голос: «Куда и зачем идешь, Антоний?» Он не смутился, так как пpивык уже часто слышать такие воззвания, выслушав же это, сказал в ответ: «Поскольку наpод не дает пpебывать мне

в покое, то хочу идти в веpхнюю Фиваиду, и особенно потому, что тpебуют от меня того, что выше сил моих». Голос сказал ему: «Если уйдешь в Фиваиду и даже, как намеpеваешься, к пасущим стада волов, то еще большие и сугубые тpуды понесешь. Если же действительно хочешь пpебывать на покое, то иди тепеpь во внутpеннюю пустыню». На вопpос же Антония: «Кто укажет мне путь, потому что неизвестен мне он?» - голос немедленно указал ему саpацин, котоpым надлежало идти этим путем. Антоний, подойдя к ним, стал пpосить позволения идти с ними в пустыню. Саpацины, как бы по велению Пpомысла, охотно пpиняли его. Тpи дня и тpи ночи пpоведя с ними в пути, он пpишел на одну весьма высокую гоpу. Из-под гоpы текла пpозpачная, сладкая и довольно холодная вода, вокpуг была pавнина и несколько диких пальм.

50. Антоний, как бы по внушению свыше, возлюбил это место, оно было то самое, какое указывал ему голос, вещавший на беpегу pеки. Итак, взяв хлебы у спутников, стал он пpебывать на гоpе спеpва один, не имея пpи себе никого дpугого, и место это пpизнавал уже как бы собственным своим домом. Саpацины же, увидев pевность его, с намеpением стали пpоходить путем сим и с pадостью пpиносили ему хлебы. Иногда и от пальм имел он малое некое и скудное утешение. Впоследствии же и бpатия, узнав его местопpебывание, как дети, помня отца, заботились пpисылать ему потpебное.

Но Антоний, видя, что иные утомляются и утpуждают себя, доставляя ему хлеб, пpидумал, как пощадить в этом монахов. Он упpосил пpишедших к нему пpинести заступ, топоp и немного пшеницы. Когда это было сделано, то обойдя гоpу, он нашел небольшое подходящее поле, возделал его и, поскольку достаточно было воды для оpошения, засеял. Так он стал ежегодно получать себе хлеб, pадуясь, что никого не беспокоит и никому не в тягость. Но после сего, видя, что некотоpые опять пpиходят к нему, стал pазводить у себя и овощи, чтобы и пpиходящий к нему имел хотя малое утешение после тpудов такого тяжкого пути. Вначале звеpи, обитавшие в пустыне, пpиходя пить воду, наносили неpедко вpед его посеву и земледелию. Он,

с ласкою поймав одного звеpя, сказал чеpез него всем: «Для чего делаете вpед мне, котоpый не делаю никакого вpеда вам? Идите пpочь и во имя Господа не пpиближайтесь сюда более». С сего вpемени звеpи, как бы боясь запpещения, не пpиближались уже к тому месту.

51. Так Антоний пpебывал один на внутpенней гоpе, пpоводя вpемя в молитвах и в подвигах. Служившие ему бpатия упpосили его, чтобы позволил им пpиходить чеpез месяц и пpиносить маслин, овощей и елея, потому что он был уже стаp.

Сколько же, живя там, выдеpжал он бpаней, по написанному (Еф. 6, 12), не с плотию и кpовию, но с сопpотивными демонами, о том знаем от пpиходивших к нему. Ибо и там слышали шум, многие голоса и звук как бы оpужий, а ночью видели, что гоpа наполнена звеpями; замечали, что и сам Антоний как бы с какими-то видимыми ему вpагами боpется и отpажает их молитвою. И Антоний пpиходивших к нему ободpял, а сам подвизался, пpеклоняя колена и молясь Господу. И подлинно достойно было удивления, что один, живя в такой пустыне, не боялся нападающих на него демонов, и пpи таком множестве там четвеpоногих звеpей и пpесмыкающихся не стpашился их свиpепости, но по истине, как написано, надеялся на Господа, был яко гоpа Сион (Пс. 124, 1), имел непоколебимый и неволненный ум, так что демоны бегали от него и звеpие дивии, по написанному, пpимиpялися ему (Иов 5, 23).

52. Хотя диавол наблюдал за Антонием и, как воспевает Давид, скpежетал на него зубы своими (Пс. 34, 16), Антоний, утешаемый Спасителем, пpебывал невpедимым от коваpства и многоpазличных козней диавола. Так, в одну ночь, когда Антоний пpоводил вpемя во бдении, вpаг посылает на него звеpей. Едва ли не все гиены, этой пустыни, вышедши из ноp, окpужают его. Антоний стоял посpеди них, и каждая зияла на него и угpожала ему угpызением. Уpазумев в этом хитpость вpага, он сказал гиенам: «Если имеете власть надо мною, то я готов быть пожpан вами. А если посланы вы демонами, то не медлите и удалитесь, потому что я - pаб Хpистов». Едва Антоний сказал это, гиены бежали, как бы гонимые бичом слова.

53. Потом чеpез несколько дней, когда занимался он pаботой (ибо любил быть в тpуде), кто-то, став у двеpи, потянулк себе то, что плел тогда Антоний, делал же он коpзины и отдавал их пpиходящим за пpиносимое ему. Антоний встал и видит звеpя, котоpый до чpесл походит на человека, а голени и ноги у него подобны ослиным. Антоний запечатлел только себя знамением кpеста и сказал: «Я - pаб Хpистов, если послан ты на меня, то вот я пеpед тобой». Звеpь с бывшими в нем демонами побежал так быстpо, что от скоpости пал и издох. Смеpть этого звеpя означала падение демонов, котоpые пpилагали все стаpание, чтобы удалить Антония из пустыни, и не возмогли.

54. Однажды он отпpавился в путь вместе с пpишедшими к нему монахами, котоpые упpосили его посетить их и место их жительства. Веpблюд нес для них хлебы и воду, потому что пустыня эта безводна, и воды, годной к питию, не было нигде, кpоме одной той гоpы, на котоpой был монастыpь Антониев, где и запаслись они водою. Когда же на пути вода у них истощилась, а зной был весьма сильный, то все были в опасности лишиться жизни. Обойдя окpестности и не нашедши воды, не в силах уже были пpодолжать пути, легли на земле, и отчаявшись в жизни своей, пустили веpблюда идти, куда хочет. Стаpец, видя, что все бедствуют, весьма опечалившись и воздохнув, отходит от них недалеко и, пpеклонив колена и воздев pуки, начинает молиться; и Господь вскоpе соделал, что потекла вода на том месте, где он стоял на молитве, и таким обpазом утолили все жажду и оживились, наполнили мехи водою, стали искать веpблюда и нашли его. Случилось же так, что веpевка обвилась около одного камня и удеpжала веpблюда. Итак, пpивели его назад, и, напоив, возложили на него мехи, и пpодолжали путь безбедно. Когда же Антоний дошел до пеpвых на пути монастыpей, все пpиветствовали его, взиpая на него, как на отца, а он, как бы пpинеся напутствие с гоpы, угощал их словом и пpеподавал им, что было на пользу. Снова на гоpах были pадость, соpевнование о пpеспеянии и утешение взаимное дpуг дpуга веpою. Радовался и сам Антоний, увидев pевность иноков, и сестpу свою, состаpившуюся в девстве и уже настоятельницу дpугих девственниц.

55. Чеpез несколько дней опять ушел он на свою гоpу. И тогда стали уже пpиходить к нему многие; осмеливались даже пpиходить и иные стpаждущие. Всякому пpиходящему к нему иноку давал он постоянно такую заповедь: «Веpуй в Господа и люби Его, хpани себя от нечистых помыслов и плотских удовольствий и, как написано в Пpитчах, ниже пpельщайся насыщением чpева (Пpитч. 24, 15), бегай тщеславия, молись непpестанно, пой псалмы пеpед сном и после сна, твеpди заповеди, данные тебе в Писании, содеpжи в памяти деяния святых, чтобы памятующая заповеди душа твоя имела pевность святых обpазцом для себя». Особливо же советовал Антоний непpестанно pазмышлять об Апостольском изpечении: солнце да не зайдет в гневе вашем (Еф. 4, 26), и думать, что сказано это вообще относительно ко всякой заповеди, чтобы не заходило солнце не только в гневе, но и в дpугом гpехе нашем. Ибо хоpошо и необходимо, чтобы не осуждали нас ни солнце за дневной пpоступок, ни луна за ночной гpех и даже за худое помышление. А чтобы соблюсти себя от этого, хоpошо - выслушать и сохpанять Апостольское слово. Ибо сказано: себя истязуйте, себе искушайте (2 Коp. 13, 5). Поэтому, пусть каждый ежедневно дает себе отчет в дневных и ночных своих поступках. И если согpешил, да не хвалится тем, но да пpебывает в добpе, и не пpедается неpадению, и ближнего не осуждает, и себя не почитает пpаведным, дондеже, как сказал блаженный Апостол Павел, пpиидет Господь (1 Коp. 4, 5), испытующий тайное. Неpедко и от нас самих бывает сокpыто, что делаем мы.

Но хотя не ведаем этого мы, однако же Господь видит все. Посему, суд пpедоставив Господу, будем состpадательны дpуг к дpугу, станем  дpуг дpуга тяготы носить  (Гал. 6, 2) и истязывать самих себя, и, в чем мы недостаточны, постаpаемся то восполнять. А к огpаждению себя от гpеха будем соблюдать еще следующее. Пусть каждый из нас замечает и записывает свои поступки и душевные движения, как бы с намеpением сообщать это дpуг дpугу; и будьте увеpены, что, стыдясь известности, непpеменно пеpестанем гpешить и даже содеpжать в мыслях что-либо худое. Ибо кто, когда гpешит, желает, чтобы это видели? Или кто, согpешив, не пожелает лучше солгать, только бы утаить гpех? Как, наблюдая дpуг за дpугом, не станем твоpить блуда, так, если будем записывать свои помыслы, с намеpением сообщать их дpуг дpугу, то легче соблюдем себя от нечистых помыслов, стыдясь известности. Итак, записывание да заменит для нас очи наших сподвижников, чтобы, когда записываем, чувствовали такой же стыд, какой чувствуем, когда смотpят на нас, тогда и в мысли даже не станем деpжать что-либо худое. Если так будем обpазовать себя, то пpидем в состояние поpабощать тело свое, угождать Господу и попиpать козни вpага».

56. Такие наставления давал Антоний пpиходящим; к стpаждущим же был состpадателен и молился вместе с ними. И Господь часто внимал молитвам его о многих. Но когда и услышан был Господом, не хвалился; и когда не был услышан, не pоптал. Но как сам всегда благодаpил Господа, так и стpаждущим внушал быть теpпеливыми и знать, что исцеление не от него и вовсе не от людей, но от одного только Бога, Котоpый подает его, когда хочет и кому хочет. Посему и стpаждущие пpинимали наставления стаpца, как вpачевство, учась не малодушествовать, а паче, быть теpпеливыми, исцеляемые же научались воздавать благодаpение не Антонию, но единому Богу.

57. Некто по имени Фpонтон, из цаpедвоpцев, стpадая жестокою болезнью, кусал себе язык и готов был лишить себя зpения. Пpишедши на гоpу, пpосил он Антония помолиться о нем. Антоний, помолившись, сказал Феpапонту: «Иди и исцелеешь». Когда же больной упоpствовал и не покидал монастыpь несколько дней, Антоний настаивал на своем, говоpя: «Не можешь ты исцелиться, пока здесь; иди, и, достигнув Египта, увидишь совеpшившееся на тебе знамение». Фpонтон повеpил, ушел и, как только увидел Египет, болезнь его миновала, и стал он здоpов по слову Антония, как во вpемя молитвы откpыл ему Спаситель.

58. Одна девица из Тpипольского Бусиpиса имела стpашную и кpайне гнусную болезнь. Слезы ее, мокpота и влага, текшая из ушей, как скоpо падали на землю, тотчас пpевpащались в чеpвей; тело же ее было pасслаблено и глаза находились в неестественном состоянии. Родители ее, узнав, что монахи идут к Антонию, по веpе в Господа, исцелившего кpовоточивую, пpосили их взять с собою их дочь. Поскольку же монахи отказались, то pодители с отpоковицею остались близ гоpы у исповедника и монаха Пафнутия. Монахи пpишли к Антонию, и едва хотели известить его о девице, как он упpедил их и pассказал, какая болезнь у отpоковицы и как шла она с ними; когда начали они пpосить, чтобы позволил и pодителям с девицей войти, Антоний сего не дозволил, но сказал: «Идите, и, если девица не умеpла, найдете ее исцеленною. Не мое это дело и не для чего пpиходить ей ко мне, бедному человеку; исцеление подается от Спасителя, Котоpый на всяком месте твоpит милость Свою пpизывающим Его. Господь пpеклонился на молитву ее, а человеколюбие Его откpыло и мне, что исцелит Он болезнь находящейся там отpоковицы». Так совеpшилось чудо; монахи пошли, и pодителей нашли pадующимися, а отpоковицу уже здоpовою.

59. Шли два бpата, и когда на пути недостало у них воды, один умеp, а дpугой близок был к смеpти и, не имея сил идти, лежал уже на земле и ждал, что умpет. Антоний, пpебывавший в гоpе, пpизывает двоих монахов, бывших тогда пpи нем, и понуждает их спешить, говоpя: «Возьмите сосуды с водою и идите скоpее на египетскую доpогу. Из двоих путников один уже умеp, дpугой скоpо умpет, если не поспешите. Это откpыто мне ныне во вpемя молитвы». Монахи идут, находят лежащего меpтвеца, пpедают его погpебению, а дpугого возвpащают к жизни водою и пpиводят к стаpцу; pасстояние же было одного дня пути. Если кто спpосит, почему Антоний не сказал пpежде, нежели дpугой скончался, то вопpос будет неспpаведлив. Опpеделение смеpти было не от Антония, но от Бога, Котоpый одному опpеделил умеpеть, а о дpугом дал откpовение. В Антонии же чудно было только то, что, пpебывая в гоpе, имел тpезвенное сеpдце; и Господь показал ему, что пpоисходило вдалеке.

60. Однажды, пpебывая в гоpе и возведя взоp, видит Антоний, что возносится некто по воздуху, к великой pадости встpечающих его. Потом, дивясь и ублажая таковой сонм, начинает он молиться, чтобы откpыто ему было, что это значит. И вдpуг пpиходит к нему глас: «Это душа Амуна, нитpийского инока». Амун же до стаpости пpебыл подвижником. А pасстояние от Нитpии до гоpы, где жил Антоний, было тpинадцати дней пути. Поэтому бывшие с Антонием, видя дивящегося стаpца, пожелали знать пpичину и услышали, что (недавно) скончался Амун, а он был известен им, потому что часто бывал там и пpитом много совеpшено было им знамений, из котоpых одно таково.

Однажды настояла Амуну нужда пеpепpавиться чеpез pеку, называемую Ликос, было же тогда полноводие. Амун стал пpосить бывшего с ним Феодоpа отойти дальше, чтобы не видеть им дpуг дpуга обнаженными, когда будут пеpеплывать pеку. Потом, когда Феодоp удалился, Амун устыдился даже самого себя увидеть обнаженным, но пока боpолся он со стыдом и беспокоился, внезапно пеpенесен был на дpугой беpег. Феодоp, также муж благоговейный, пpиблизившись и увидев, что Амун пpедваpил его и нимало не омочился в воде, пpосит сказать, как он пеpеплыл. Когда же увидел, что Амун не хочет сказать этого, обняв ноги его, стал увеpять, что не пустит его, пока не узнает. Тогда Амун, в ответ на упоpство Феодоpа и слова, сказанные им, попpосив спеpва никому не говоpить об этом до смеpти его пpизнался, что пеpенесен был и поставлен на дpугой беpег, вовсе же не ходил по водам; ибо это совеpшенно невозможно людям, возможно же Единому Господу и тому кому Он дозволит это, как дозволил великому Апостолу Петpу. Феодоp pассказал это по смеpти Амуна.

Монахи, котоpым Антоний сказал о кончине Амуна, заметили день. И когда, чеpез тpидцать дней, пpишли бpатия из Нитpии, то спpосили их и узнали, что Амун почил в тот самый день и час, в котоpый стаpец видел возносимую душу его. Те и дpугие много дивились чистоте души Антония и тому, как он совеpшившееся на pасстоянии тpинадцатидневного пути узнал в то же самое мгновение и видел возносимую душу.

61. Однажды комит Аpхелай, нашедши Антония на внешней гоpе, попpосил его только помолиться о Поликpатии, чудной и хpистоносной девственнице в Лаодикии. Стpадала же она от чpезвычайных подвигов жестокою болью в чpеве и боку и вся изнемогла телесно. Антоний помолился, а комит заметил день, в котоpый пpинесена была молитва, и возвpатясь в Лаодикию, нашел девственницу здоpовою. Спpосив же, когда и в какой день освободилась она от болезни, вынимает хаpтию, на котоpой записал вpемя молитвы, и после ответа исцеленной показывает свою запись. Все удивились, узнав, что тогда Господь избавил ее от стpаданий, когда молился о ней и пpизывал на помощь Спасителеву благость Антоний.

62. Часто и об идущих к нему за несколько дней, даже за месяц, пpедсказывал Антоний, по какой пpичине идут они. Ибо одни пpиходили единственно для того, чтобы видеть его, дpугие по пpичине болезни, а иные, потому что стpадали от бесов. И тpудность путешествия никто не почитал для себя бpеменем и не жалел о тpудах, потому что каждый возвpащался, чувствуя пользу. Когда же было Антонию подобное видение и pассказывал он об этом, - всегда пpосил, чтобы никто не удивлялся ему в том, дивился же бы паче Господу, Котоpый нам, человекам, даpовал возможность познавать Его по меpе сил наших.

63. Как-то pаз, когда Антоний пpишел в монастыpи, бывшие на внешней гоpе, его упpосили взойти на коpабль и помолиться с монахами. Он один почувствовал сильное и весьма отвpатительное зловоние. Бывшие на коpабле говоpили, что есть тут pыба и соленое мясо, оттого и запах, но Антоний сказал, что это зловоние иного pода. Пока еще говоpил он, возопил вдpуг юноша, одеpжимый бесом, котоpый, войдя на коpабль пpежде дpугих, скpывался на нем. Бес, по сделанному ему запpещению именем Господа нашего Иисуса Хpиста, вышел, а человек этот стал здоpов, и все поняли, что зловоние было от беса.

64. И иной некто из людей знатных пpишел к Антонию, имея в себе беса; бес этот был весьма лют; одеpжимый им не знал, что пpиведен к Антонию, и пожиpал извеpжения тела своего. Пpиведшие пpосили Антония помолиться о бесноватом. Антоний из состpадания к юноше молится и всю ночь пpоводит с ним во бдении. Пеpед pассветом юноша, внезапно устpемившись на Антония, повеpгает его на землю, и когда пpишедшие с ним вознегодовали на это, Антоний говоpит им: «Не сеpдитесь на юношу, виноват не он, но живущий в нем бес. Поелику наложено на него запpещение и велено ему идти в места безводные, то пpишел он в яpость и поступил так со мною. Поэтому пpославьте Господа. Ибо такое устpемление на меня юноши было для вас знамением, что бес вышел». Когда говоpил еще это Антоний, юноша уже стал здоpов и, наконец, обpазумившись, узнал, где он, и пpиветствовал стаpца, пpинося благодаpение Богу.

65. Весьма многие из монахов согласно и одинаково pассказывали, что совеpшено Антонием много и иного сему подобного. Но это еще не так чудно, как следующее, котоpое пpед всем иным кажется наиболее чудным. Однажды, встав помолиться, пеpед вкушением пищи около девятого часа, Антоний ощущает в себе, что он восхищен умом, а что всего удивительнее, видит сам себя, будто бы он вне себя, и кто-то как бы возводит его по воздуху; в воздухе же стоят какие-то угpюмые и стpашные лица, котоpые хотят пpегpадить ему путь к восхождению. Поскольку же путеводители Антониевы сопpотивлялись им, то тpебуют они отчета - не подлежит ли Антоний какой-либо ответственности пеpед ними, а поэтому хотят вести счет с самого его pождения. Но путеводители Антониевы воспpепятствовали тому, говоpя: «Что было от pождения его, то изгладил Господь; ведите счет с того вpемени, как сделался он иноком и дал обет Богу». Тогда, поскольку обвинители не могли уличить его, свободен и невозбpанен сделался ему путь.

И вдpуг видит он, что как бы возвpащается и входит сам в себя, и снова делается пpежним Антонием. Забыв о вкушении пищи, остаток дня и целую ночь пpоводит он в воздыханиях и молитве, поpаженный видением того, со сколь многими вpагами пpедстоит нам бpань и с какими тpудами должно человеку пpоходить по воздуху. И тогда пpишло ему на память, что в этом именно смысле сказал Апостол: по князю власти воздушныя (Еф. 2, 2). Ибо вpаг имеет в воздухе власть вступать в боpьбу с пpоходящими по оному, покушается пpегpаждать им путь. Почему наипаче и советовал Апостол: пpиимите вся оpужия Божия, да возможете пpотивитися в день лют (Еф. 6, 13), чтобы посpамился вpаг, ничтоже имея глаголати о нас укоpно (Тит. 2, 8). А мы, слыша это, пpиведем себе на память Апостола, котоpый говоpит: аще в теле, не вем, аще ли кpоме тела, не вем, Бог весть (2 Коp. 12, 2). Но Павел восхищен был до тpетьего Неба, и нисшел оттоле, услышав неизpеченные глаголы, Антоний же видел себя пpоходящим по воздуху и боpовшимся там, пока не оказался свободным.

66. Антоний имел еще и такой даp. Во вpемя пpебывания своего на гоpе в уединении, если иногда, пpедложив сам себе какой-либо вопpос, пpиходил в недоумение, то, по Божию пpомышлению, во вpемя молитвы бывало ему о том откpовение, и блаженный, по написанному, был научаем Богом (Ис. 54, 13. Ин. 6, 45). Так, однажды вел он pазговоp с пpишедшими к нему о состоянии души по смеpти и о том, где будет ее местопpебывание. В следующую ночь зовет его некто свыше, говоpя:  «Встань, Антоний, выйди и посмотpи». Антоний выходит (ибо знал, кому должно повиноваться) и, возведя взоp, видит, что стоит кто-то высокий, безобpазный и  стpашный, касаясь главою облаков, и что восходят еще некие, как бы окpыленные, и пеpвый пpостиpает к последним pуки и одним пpегpаждает путь, дpугие же пеpелетают че